— Да, она говорила, что с тобой интересно.

— Вот-вот. Днем на бегемотов в зоопарке смотрела, а вечером — на меня. Только парень-то этот существует, и не из воздуха взялся. Ладно, сейчас Мак придет, расскажет подробно — тогда подумаем.

Макдермот появился через четверть часа. Получив неизменный стакан с виски, начал рассказывать — коротко и по-деловому:

— Мы сейчас знаем, что Мэдди умерла — но Карен этого могла и не знать. И если так — могла пойти туда, чтобы пожить, пока не определится. Вот я и решил вечером пройти по дому, где Мэдди жила — поспрашивать. И нашел одну женщину, которая видела там Карен — в тот день, когда она исчезла.

Мак достал сигареты, закурил. Дел попросил:

— Дай мне тоже.

Тот бросил удивленный взгляд и протянул ему пачку.

— Мак, с этого момента — как можно подробнее, — попросил Томми, откидываясь в кресле и отставив в сторону стакан.

— Женщина 53 лет, работает судомойкой в ресторане на 80-й улице. В районе шести вечера она выносила мусор и увидела, что на подоконнике между вторым и третьим этажом сидит девушка. Молодая блондинка в джинсах, светлой футболке и расстегнутой куртке — кожаной, черной. Волосы длинные, заколоты сзади. На полу рядом с ней — большая серая пластиковая коробка и сверху — дорожная сумка, синяя с желтой полоской.

— Сумка ее, одежда — тоже, — кивнул Дел, — а коробка пластиковая — это клетка для кошки.

— Да, и описание совпадает полностью. Эта женщина подумала сначала, что наркоманка забрела, но присмотрелась и увидела, что девушка вполне нормальная, только печальная очень. Ну, там не принято с чужими заговаривать, так она и прошла мимо, а девушка осталась на подоконнике сидеть. А потом, часа через полтора, она ее опять увидела.

Он искоса взглянул на Дела,Томми коротко бросил:

— Продолжай!

— Она на работу к восьми обычно ходит. Так вот, когда она вышла из дома, то увидела впереди себя парочку — эту девушку и парня. Они метрах в десяти впереди нее шли, и она их со спины видела, но девушка точно та же самая была — и волосы, и куртка, и коробка пластиковая в руке. А сумка на плече у парня висела. Парень очень высокий, девушка ему еле-еле по плечо. Они вдоль дома прошли и на улицу свернули. Она тоже вслед за ними свернула и увидела, что за углом машина стоит и парень этот на заднее сидение сумку запихивает, сама девушка тут же, у передней двери ждет. Парень заднюю дверь захлопнул, к девушке повернулся и обнять попытался. Эта женщина как раз мимо них проходила. Так вот — та не шелохнулась, словно не ее обнимают, только сказала что-то вроде: «Барни, отвали. Я жрать хочу до смерти, а ты тут с глупостями лезешь». Ну, потом эта женщина дальше прошла и услышала, как двери хлопнули и машина тронулась. Это все.

Дел сидел, держа в руке погасшую сигарету и смотрел в пол. До сих пор его подталкивала вперед надежда, что ее можно найти, объясниться, вернуть домой. Но если она уехала с каким-то парнем...

Да нет, чепуха какая-то, он же сам слышал, что Карен послала этого типа. Но почему тогда она уехала с ним? И какое этот парень имел право обнимать ее — даже пытаться?!

— Какая машина? Как выглядел парень? — резко спросил Томми.

— Машина белая, небольшая — марку она не знает. Парня описать она не сумела. Только сказала, что высокий и волосы темные. Еще добавила: «Если бы меня такой красавчик обнимал, я бы не о жратве думала». Я ее спросил, почему красавчик— объяснить толком она не смогла, только еще раз повторила, что красавчик.

— Это все?

— Тут-то все. Но вот пока я сюда ехал — кое-что еще вспомнилось. Видел я с ней парня похожего однажды.

— Где, когда?

— Полтора года назад я к ней в больницу пришел. Зашел в палату — она у окна лежала. И вот, на подоконнике парень сидит, с ней разговаривает. А меня увидел — быстро ей что-то сказал и к выходу заспешил. Действительно высокий — выше меня дюйма на три-четыре, волосы черные, глаза светлые, кажется, серые. Молодой совсем — лет восемнадцать, больше. И вот что интересно... Когда он мимо меня проходил — глянул так... нехорошо — похоже, знал он, что я полицейский. И крестик у него был на шее, блестящий.

— Она что-нибудь тогда про него говорила?

— Я спросил, кто это — ее парень, что ли? Она ответила, что они, как она выразилась, «немножко знакомы». Он здесь навещал кого-то, а потом ее увидел и зашел поболтать. И больше о нем — ни слова, все на пакет с гамбургером посматривала. Тогда я этому эпизоду значения не придал, а сейчас вспомнил.

— Крестик... блестящий, говоришь? Завтра к обеду успеешь?

Мак кивнул.

После ухода Макдермота Томми некоторое время молчал, потом спросил:

— Ну, и что ты об этом думаешь?

— Я не понял, что за дела там с крестиком? Почему это так важно?

— Есть такая банда молодежная — «Дети божьи». Мальчишки — от одиннадцати до восемнадцати примерно. Католики, или косят под них. Пару раз в год разборки крутые устраивают — территорию с другими такими же бандами делят, без крови не обходится. У каждого — две-три судимости, но по малолетке — сроки небольшие или просто условные. Так вот, у них крестики никелированные на шее всегда — вроде как униформа — и парень этот, похоже, оттуда. И если так — Мак его завтра вычислит, — помедлил и добавил: — Похоже, действительно мы на след вышли.