В конце... В тот день ей исполнилось всего двадцать два года.

Их сын — Томас Делвин Бринк — родился полгода назад.

Предполагалось, что Карен будет рожать в Каракасе, в больнице при американском посольстве. Но она дотянула до последнего дня — Дел сидел в своем кабинете, когда позвонила прислуга и сообщила, что «миссис только что увезли в заводскую больницу». Когда он примчался туда, роды уже начались — слава богу, все прошло быстро и без проблем.

По словам Карен, мальчик был «красивый и похожий на папу». Правда, особого сходства Дел не замечал, да и красавцем никогда себя не считал — но ей было виднее.

Манци приспособилась спать в кроватке ребенка и когда он плакал, бежала докладывать. Один раз Дел заметил, что она вылизывает его сына, словно своего котенка, лежа рядом с ним и придерживая лапкой. Он хотел возмутиться, потом махнул рукой — мальчику это явно нравилось, он не плакал, а довольно жмурился.

Иногда он писал Марти, послал ей фотографии сына. Старый дом в Роузвуде по-прежнему ждал их и Дел был уверен, что рано или поздно они вернутся туда — и Карен непременно запустит в фонтан золотых рыбок.

Карен... Девушка, встреченная им дождливой осенней ночью и подарившая ему себя — и весь этот мир, эту жизнь, это счастье. Карен — его жена, его любимая. Карен.

Дел понял, что на несколько минут задремал на крыльце — очевидно, сказалась бессонная ночь. Внезапно ему показалось, что сон продолжается — в нескольких метрах от него стояла та, о ком он вспоминал в полусне.

Он резко тряхнул головой. Нет, это была не она — но девочка, стоявшая у калитки и удивленно смотревшая на чужого человека, который сидел на их крыльце, была очень похожа на его жену. Голубые глаза, светлые волосы, веснушчатый нос, начавшая округляться фигурка — такой Карен, наверное, была в пятнадцать лет. Точнее, могла бы быть — в детстве этой девочки не было страха и боли.

Она еще раз посмотрела на него и пошла по тропинке, ведущей в сторону задней двери, чтобы не проходить мимо незнакомца. Дел торопливо окликнул ее — девочка удивленно обернулась.

— Передай, пожалуйста, своей маме вот это, — и протянул ей конверт, в котором было только одно — фотография, сделанная «Полароидом»: смеющаяся девушка с игрушечным тигренком на фоне вечернего неба.

Девочка — он знал, что ее зовут Кэти — нерешительно подошла, стараясь держаться подальше, взяла конверт и побежала за дом.

Через минуту за дверью раздался шум, послышались торопливые шаги. Промелькнула непрошеная мысль: как эта женщина отнесется к тому, что ее зять старше ее почти на шесть лет?

Он поднялся и стал ждать, пока откроется дверь.

КОНЕЦ