Шрифт:
Периодически он получал от Ромульды письма. Судя по ним, она вела в Америке скучнейшую жизнь. Учеба в университете занимала все ее помыслы. На остальное времени просто не оставалось. А раз так, решил Хасим, пусть попользуется свободой. Не стоит сразу же подрезать ей крылья. Ведь она умная женщина, пусть считает, что сама в состоянии контролировать свою жизнь.
– Перестань, Ромульда, – резко проговорил он. – Ты все прекрасно понимаешь. Пора вернуться в Бахрам и стать моей женой.
– Боже, как ты романтичен! Ты предложил мне руку и сердце?! – Ромульда засмеялась, но вовсе не потому, что ей было весело. Она взглянула на Боба. Тот слушал их разговор с напряженным вниманием, пытаясь понять, что происходит.
– Похоже, тебе надо вылететь в Бахрам первым же самолетом. Жизнь в Штатах не пошла тебе на пользу.
Огромным усилием воли Ромульда заставила себя говорить спокойно:
– Хасим, ты, наверное, шутишь. Ты же не хочешь, чтобы я и вправду стала твоей женой?
– Чего я хочу, а чего нет, теперь уже неважно. Но договор, как тебе отлично известно, был заключен много лет назад. И надо его выполнить, разве не так? К тому же ты прекрасно понимаешь: став моей женой, ты ни в чем не будешь нуждаться. Ни в чем.
Ромульда содрогнулась. Последние слова он произнес таким голосом…
О том, что значит быть в постели с Хасимом аль-Пахлеви, было известно всем. Сколько женщин мечтали об этом!
Почему же Ромульда отказывается от той участи, ради которой многие пожертвовали бы десятью годами жизни? Не потому ли, что, пожив в Америке, она поняла, как важно в отношениях мужчины и женщины равенство? Имея дело с Хасимом, о равенстве нечего было и помышлять.
А еще ей хотелось, чтобы муж любил ее. Да-да, любил, как ни банально это звучит! А в том, что Хасим в состоянии любить кого-то, кроме самого себя, Ромульда сильно сомневалась. Более того, случись ему полюбить, он посчитал бы себя слабаком, недостойным такой страны, как Бахрам.
– Неужели ты серьезно? – спросила она. – Не верю своим ушам!
Молчание. А затем – таким холодным тоном, что она даже поежилась, он произнес:
– Ты думаешь, что, прикидываясь несмышленой девчонкой, сможешь меня провести? Не выйдет! Ты моя, и ты немедленно возвращаешься в Бахрам! Все понятно?
Надо принять неизбежное. Она немедленно вернется в Бахрам. Но ему она не будет принадлежать. Вскоре Хасим сам поймет, что не хочет на ней жениться. Но надо, чтобы это решение он принял сам.
– Продолжаешь раздумывать? – раздался стальной голос. – Пустое! Или мне послать человека, чтобы тот доставил тебя в Бахрам?
Ромульда побледнела. Этого еще не хватает! Хасим, скорее всего, пришлет сюда Ахмада, и тот, едва очутившись в квартире, тут же поймет, что происходит между Сусанной и Бобом!
– Не нужно, – сказала она. – Я вылетаю первым рейсом.
– Вот и отлично. Я прослежу, чтобы в аэропорту тебя встретила машина.
Ромульда услышала щелчок. Султан Бахрама положил трубку, давая понять, что разговор окончен.
2
– Ромульда, что стряслось?
Боб внимательно смотрел на нее. Она отвела взгляд.
– Ты узнал звонившего?
– Разумеется, – мрачно сказал он. – От Сусанны я такого наслушался о его величестве султане Бахрама… Что же он тебе сказал такого, что ты вся побелела?
Ромульда только сейчас поняла, что стоит посреди комнаты в одном халатике. Ничего себе! А что, если Хасим все же направил в Чикаго кого-нибудь из своих головорезов? И уже в следующую минуту тот заявится сюда, чтобы помочь Ромульде уложить вещи. А потом доложит султану, что его будущая жена дефилировала голышом перед каким-то мужчиной.
– Дай я оденусь, – проговорила она. – Потом все тебе расскажу.
Она направилась в спальню, натянула джинсы и голубую рубашку в тон. Пригладила пышные волосы перед зеркалом. Все это время она не переставала думать об одном. Нужно действовать, и действовать наверняка. Хасим ни за что не возьмет себе в жены ту, к которой будет испытывать отвращение. Значит, нужно сделать так, чтобы он счел ее омерзительной. Разумеется, не внешне, тут что-либо изменить она бессильна. Но если она начнет вести себя, как типичная американка, он взбесится и наверняка прогонит ее.
Приняв решение, Ромульда тряхнула головой и вернулась в гостиную. Боб сварил кофе.
– Налить? – предложил он.
Ромульда в задумчивости кивнула, взяла из его рук чашечку и уселась на диван.
– Итак, рассказывай! Я весь внимание.
Она вздохнула. По крайней мере, нет необходимости просить Боба держать все в тайне. За последнее время она убедилась в том, что он умеет хранить секреты.
– Хасим хочет, чтобы я стала его женой.
Боб едва не поперхнулся.
– Что-что?