Подождите минутку, человек с коммутатора из тех краев. Он скажет, как можно

связаться с ними.

И ушел. Мистер Феерберн и Фиона переглянулись.

— Вы не представляли, что это такая даль? — спросил наконец он и, помолчав, заметил: — Вот так штука. Как же это можно договариваться о месте, не разузнав, где оно.

— Видите ли, все произошло так поспешно. Им, по-видимому, позарез нужна помощь.

Моя подруга договорилась об этом месте, но неожиданно вышла замуж. А я решила

поехать вместо нее.

Мистер Феерберн свистнул:

— Что ж, и на старуху бывает проруха. Стало быть, она вам не удосужилась

сказать, в какую дыру придется ехать?

— Она была в таком состоянии. Ей надо было спешно лететь в Канаду. Она

говорила, что это вдали от основных дорог, но то, что там нет телефона… К

тому же я нечаянно задержалась в Крайстчерче, я вам говорила. И послала оттуда

телеграмму, но на почте ничего не сказали о том, что ее невозможно доставить.

— По какому адресу вы телеграфировали?

— Эдварду Кэмпбеллу, “Бель Ноуз”, Ванака.

— Это в поселок Ванака. У них там свои способы сообщения. Ну, скажем, они могут

попросить кого-нибудь из ближайшего местечка, где есть телефон, съездить в

“Бель Ноуз” на лошади. Вокруг всего озера много троп. Ваш хозяин мог выехать

верхом раньше, чем пришла телеграмма.

у Фионы сердце упало. Тут вернулся работник почты: — Могло быть и хуже. У них есть радиосвязь. Правда, они принимают сообщения раз

в сутки по ночам. Где должен встречать вас этот человек?

— В Квинстоне. Я должна была вылететь из Данидина и быть там еще вчера.

— В общем, насколько я понимаю, он выехал из дому до того, как пришла ваша

первая телеграмма. Тот парень с коммутатора говорит, что знает Кэмпбелла, это

очень приличный человек. Он считает, что Кэмпбелл поехал верхом вокруг озера

или по тропам через залив Глендху. Но все, что вы послали в “Бель Ноуз”, непременно отправят в Квинстон. Он ждет вас там. Мы отправим в Ванаку сообщение

о времени вашего прибытия. Если они сегодня вечером будут говорить с фермой

“Бель Ноуз” по радио, то домашние дадут сообщение на почтовое отделение в

Квинстоне, где остановился Кэмпбелл, а те уж пошлют ему телеграмму, что вы

приедете завтра.

Все это глубоко взволновало Фиону. Какие же внимательные эти новозеландцы!

— А теперь надо успеть выпить по чашке чаю, — вступил мистер Феерберн. — И не

расстраивайтесь, все образуется!

Фиона подумала, что, если погода будет хорошей, поездка в Данидин через

лесистые долины, по побережью, на которое накатывают крутые громады прибоя, сулит массу удовольствий. Деревни, или городишки, как они их здесь называли, состояли из гаража, школы да магазинчика, да и те отстояли друг от друга на

весьма почтительном расстоянии.

Они въехали в предместья Данидина.

— Эдинбург Южного полушария, — бросил мистер Феерберн. — Вы должны здесь

чувствовать себя как дома.

Так оно и было. Большинство машин ехало с включенными фарами, вокруг фонарей

клубился туман, на прохожих были надеты непромокаемые плащи, в ночной мрак

вздымались высокие дома, трубы заводов, неоновая реклама и все это словно

тонуло в сочащемся влагой небе.

Они застряли на некоторое время на перекрестке у “Дансинга Барнса”, что

позволило мистеру Феерберну показать Фионе замшелую фигуру Роберта Бернса, восседающего над садиками у Таун-Холла. Затем они вышли к аэровокзалу. Никаких

сообщений для Фионы не было, но служащий сказал, что она может лететь утренним

рейсом.

— Если не будет сплошного тумана, — беззаботно бросил он и тут же добавил, заметив, как нахмурилась Фиона: — Но прогноз хороший. Не сомневаюсь, вы

прекрасно долетите. А сегодня вам лучше переночевать в отеле. Самолет вылетает

в час. Посадка во Франктон-Арм в два ноль пять.

Тут вмешался мистер Феерберн:

— Я думаю, вам лучше поехать к нам. Моя жена будет рада. Я сейчас позвоню ей и

попрошу поговорить с вами.

Фиона растерянно посмотрела на служащего. Тот ободряюще улыбнулся: — Все в порядке. Я хорошо знаю мистера Феерберна. Он регулярно летает у нас.