Пока Аарон демонстрировал ловкость в прыжках в озеро, Кэлли вернулась и, завернувшись в полосатое полотенце, села на причал и опустила ноги. К ней тут же пристроился Бандит. Девушка с опаской взглянула на пса, но не отодвинулась, а осторожно погладила его по голове. Бандит тут же лизнул ее в щеку. Кэлли сжалась, но стойко перетерпела собачью ласку.

— Как же вы оказались в воде? — спросила Кейт.

— Я свалился. Случайно, — ответил, подплывая к причалу, Аарон.

— Господи… — прошептала, холодея, Кейт.

— Я была рядом, — тут же добавила Кэлли.

— А я как свалился, так и остался в воде. Вот так.

— Надо было уже давно просто бросить тебя в воду, — вздохнула Кейт.

— Мы договорились, что, если я искупаюсь, она подружится с Бандитом.

— Больно уж мудреный у вас договор. И я хочу, чтобы ты запомнил кое-что еще. Если оставаться в воде слишком долго, можно заработать гипотермию. Другими словами, переохладиться.

Не слушая протестов сына, Кейт вытащила его на мостки, пообещав, что разрешит купаться каждый день до конца лета.

— Вот увидишь, скоро я буду плавать и без спасательной жилетки, — с гордостью объявил он.

— Только под чьим-то наблюдением, — согласилась Кейт вопреки внутреннему голосу, настоятельно советовавшему запретить всяческие купания. Каждый ребенок должен уметь плавать — без этого нельзя.

— Конечно, — легко согласился Аарон.

Кейт взглянула на Кэлли, и девушка кивнула.

— С ним ничего не случится. Я всегда буду рядом.

— А мы видели призрака, — сообщил Аарон, обматывая полотенцем шею — на манер киногероев, использующих для этой цели шарф. — Призрака утонувшего мальчика.

Кэлли закатила глаза:

— Никакой он не призрак. Его зовут Люк Ньюман. Он внук миссис Ньюман. — Кейт заметила, что лицо ее смягчилось, а в глазах появилось мечтательное выражение. Полотенце соскользнуло, и она торопливо его подтянула.

Это был один из тех редких моментов, когда девушка вела себя как типичный подросток. У Кейт защемило сердце — как же мало для этого понадобилось.

— Давно не встречала Люка. Наверно, несколько лет. Когда я видела его в последний раз, он был, по-моему, младше чем Аарон сейчас.

— Окончил школу в этом месяце и приехал к бабушке на лето, — продолжала Кэлли. Похоже, сама мысль о том, что у родственников можно провести целое лето, с трудом укладывалась у нее в голове.

— Если захочешь, можешь пригласить его в любое время, — предложила Кейт. — Я не против, чтобы у тебя были здесь друзья.

— Нет у меня никаких друзей. — Кэлли вскочила и, подтянув полотенце, направилась к дому.

— Я твой друг! — крикнул Аарон, вскакивая вслед за ней. — Эй, Кэлли! Подожди! Я твой друг. И Бандит тоже.

Кэлли замедлила шаг и, подождав, пока Аарон поравняется с ней, потрепала его голове:

— Как скажешь, малыш.

Проводив их взглядом, Кейт в первую очередь убедилась, что каяк надежно привязан, и, подобрав сброшенную сыном спасательную жилетку, повесила ее сушиться. Перед глазами все еще стояла картина дня: Аарон с восторженным воплем летит в озеро.

Какое ж это облегчение — избавиться от постоянно терзающего тебя страха. Понимает ли Кэлли, какой подарок она сделала ее сыну?

В кармашке жилетки обнаружились собранные Аароном сокровища: два камня с загадочными отпечатками и агат. Она положила их на летний столик и обернулась услышав шум приближающегося автомобиля.

К дому катил зеленый пикап. Подумать только — Джей Ди Харрис вернулся.

Кейт расправила плечи, но удержалась от естественного порыва поправить волосы. Прихорашиваться ради мужчины — вот уж нет. Впрочем, это бы и не помогло. В промокшей до нитки футболке с обрезанными рукавами, без бюстгальтера, она выглядела ничем не лучше какой-нибудь оборванки. Надо взять себе на заметку, нечего одеваться как растрепа. Никогда ведь не угадаешь, кто может пожаловать. Она тут же укорила себя за такие мысли — в конце концов, кому какое дело до ее наряда, — но легче не стало.

Остановившись за домом, гость вышел из машины.

— Привет, — небрежно бросила Кейт, изо всех сил сохраняя невозмутимый вид, хотя сердечко уже затрепыхалось, стоило ей лишь взглянуть на Джей Ди. Что-то было такое в его вытертых джинсах. Да, пожалуй, и в нем самом.

«Просто в твоей жизни давно не было мужчин, — напомнила себе Кейт. — Тебе определенно нужно почаще бывать в компаниях». Унылое затворничество вредно уже потому, что делает женщину слишком уязвимой для порывов необузданной страсти. К тому же при их последней встрече он вел себя грубо, чуть ли не в открытую указал на дверь, причем всего лишь из-за того, что она проявила естественное для женщины любопытство.