Потом из-за пьяного облака вынырнул Де Ниро и повел ее в какой-то дом уверенно и крепко. Она знала, что ее ждет, но было слегка неловко перед Алем.

Танцы продолжались. Она разрывалась между двумя мечтами и все пыталась соединить их воедино, но ноги разъезжались, и все двоилось: один глаз видел своего кумира в нью-йоркском такси, другой уже плакал на плече героя в ресторане из фильма «Однажды в Америке».

ВЧ наблюдала за ней и не понимала, где находится ее лучшая подруга – то, что она давно уже не здесь, ей было очевидно.

Хмыри пригласили продолжить в президентском номере «Кемпински», дружеский секс, запланированный подругами, маячил весьма определенно.

Пока ехали в машине, ВЧ шептала на ухо Л., что парни какие-то стремные, с легкой гнильцой, но Л. была в других объятиях. Два желанных образа в конце концов совместились, и ей стало спокойно и светло на душе, хотя и слегка подташнивало.

В номере она провалилась в пьяную кому и очнулась под утро, когда не помнила ничего.

Она лежала в ногах большой кровати, совершенно неодетая. Красное платье, брошенное на пол, ударило в глаза, как пионерский костер. Она поняла, что отдала свою уже не пионерскую честь двум хмырям, лежащим в обнимку на высоких подушках.

Вечной Подруги не было, стало ясно, что ее бросили на приличные гвозди.

Она встала, прошла несколько шагов, ощутила жжение в неположенном месте. Рот не слушался языка, челюсти болели, она поняла, что ее поимели, как ослика в воинской части, дислоцированной в горном ущелье.

Она шла по Замоскворецкому мосту в красном платье. 31 декабря, такое желанное, уже наступило, в Лондоне Биг-Бен пробил шесть ударов, ее мужчину подбросило что-то, он почувствовал смутное беспокойство, а потом пописал и пошел дальше спать на семейное ложе. Новый год зашагал по планете, только одна девушка в красном платье осталась без подарка, а ей так хотелось…

К., крупный мошенник строительного бизнеса, вышел из ресторана «Некрасов», переполненный едой и впечатлениями после встречи с партнерами из мэрии и сочувствующими из очень силовой структуры.

Ужин прошел в очень конструктивной и теплой манере, разбойники остались довольны своей деятельностью в текущем квартале, их счета пополнились добровольными пожертвованиями доверчивых граждан, очарованных программой «Метр за метром», обещавшей каждому, кто вступил в их проект, долгожданные, оплаченные полновесным рублем квадратные метры еще на этом свете.

«Платишь сегодня! Живешь завтра!» – такая реклама звала изо всех щелей, первая часть слогана была верна на 100 %, а вторая не уточняла, когда наступит это завтра.

Люди по советской привычке верили тому, что написано на заборе, и бежали к ним сломя голову со своими деньгами, а потом оставались с носом длиннее, чем у Буратино, у нарисованного очага, как в книжке.

Начинал этот проект К. в далеком 92-м году, работая в рекламном агентстве; люди хотели в новой жизни новых квартир, а денег не было, вот тогда и придумал К. эту пирамиду, совсем не египетскую.

Не можешь купить сразу – купи один метр, потом два и так далее. Придумал, нашел инвестора на рекламу, строить никто не собирался. Единственный дом, который он построил, был рекламный хеппенинг в Лужниках, где в один день декораторы «Мосфильма» построили фанерный дом. Под шутки и песни известных артистов на фоне растущего с каждым часом дома-мечты вкладчики хлопали в ладоши, уверенные, что их дома вырастут так же быстро, но что выросло, то выросло.

Денег собрали много, К. все-таки построил дома себе – один в Москве, другой в Швейцарских Альпах, построил, не обманул вкладчиков, но им свои дома не показал, чтобы не расстраивались, вышло креативно, с этого времени и начал он путь строителя новой жизни для себя и друзей своих, «скованных одной цепью, связанных одной целью».

Воспоминания о начале пути нахлынули вместе с летним дождем и песней «Наутилуса» из радиоприемника в автомобиле, где его охрана развлекалась, пока он был в ресторане.

К. решил, что сегодня заслужил на десерт романтическое приключение: жена уехала в Турцию на презентацию нового отеля 27 звезд – спецпроект, только для русских. Все не только «не включено», а, наоборот, за все надо платить многократно, включая именные полотенца и яйца на завтрак с монограммой едока и автографом курицы ее же лапой.

К. вел здоровый образ личной жизни, для равновесия с производственной деятельностью: никаких любовниц, шашней с секретаршами, только актрисы из сериалов. Экранные девушки – это вам не пошлые блондинки из анекдотов, а высокодуховные особи из мира грез, соплей и слез, каждая вторая спит и видит себя Николь Кидман, каждая третья сделала себе жопу, как у Лопес, первые просто звезды общались только с представителями власти, так издревле повелось. Но и актриски К. тоже надоели, смотрят, как коровы перед дойкой на скотника, и трясут имплантированным выменем: выбери меня, а я потом тебя поимею без доильного аппарата, нежно, бережно, вручную.