– Снежка, цепляйся к бортнавигатору, ищи в его памяти азбуку Морзе и расшифровывай. Лена, будь внимательна: их щиты сдохли, любой камень может стать катастрофой.

В ответ полыхнул разряд излучателя, здоровенный булыжник, идущий опасным курсом, разлетелся в пыль, обломки забарабанили по броне «Корсара», добавляя новых вмятин и дыр. Общими усилиями сигналы перевели в понятный текст. Катя божилась, что заставит всех членов своего маленького экипажа, включая себя саму, изучать морзянку до посинения, и состояние изуродованного гонщика стало более или менее понятным. «Корсар» получил несколько серьёзных повреждений, двигатели вышли из строя, энергоустановка накрылась, система жизнеобеспечения приказала долго жить. Пробоины в корпусе привели к полной потере внутренней атмосферы, но, к счастью, экипаж успел влезть в скафандры.

– Сколько у вас воздуха?

– 4…ч-а-с-а…

– Вы можете покинуть корабль и перебраться к нам? Мы снимем защитное поле с аварийного шлюза.

– И нам тут же пропорет броню какой-нибудь камешек, прошептала Снежана.

Её опасения не были лишены оснований. С момента изобретения энергощита, ставшего основой безопасности космической техники, броня всегда была ориентирована на защиту от излучения - и природного, и рукотворного. Все остальные опасности, идущие извне, должен был принимать на себя щит. «Маргаритка» исключением не была - её броня, пусть и усиленная, но всё же рассчитанная в первую очередь на отражение залпов импульсного лазера, вряд ли устояла бы против удара летящего с бешеной скоростью каменного обломка.

– л-ю-к-и… з-а-к-л-и-н-е-н-ы… в-ы-й-т-и… н-е… м-о-ж-е-м…

– Дерьмо, подвела итог Катя. Отключила передатчик и вздохнула:

– Ну, девочки, что будем делать? Снежана что-то старательно вычисляла на своём планшете.

– Не бросать же их?
– В голосе Шелест звучала неуверенность.

Штурмовик не предназначался для спасательных операций, на его борту не было нужного оборудования… и даже если бы оно было, высунуться в открытый космос, за пределы энергощита, означало почти верную гибель. Но помощь прийти не успеет ни при каком раскладе: четыре часа - слишком малый срок.

– Не получается! Снежка отбросила планшет.

– Что не получается?

– Я пыталась вычислить, сможем ли мы взять их на буксир: отключить кормовой щит, протянуть тросы, закрепить… К сожалению, на борту есть только стандартные мономолекулярные линии для работ в пространстве, рассчитанные на максимальную нагрузку в полтонны. Лопнут. «Корсар» слишком велик. Катя смерила подругу долгим взглядом и вдруг расплылась в улыбке:

– Есть идея! Она включила передатчик.

– «Маргаритка» вызывает базу!

– Здесь Шеденберг. Слушаю, капитан Шелест!

– Докладываю обстановку. Экипаж «Корсара» жив. Корабль сильно повреждён, двигательные системы не работают, у ребят почти нет кислорода. Покинуть корабль они не могут. Сколько понадобится времени, чтобы пригнать к «Эпсилону-16» ремонтный бот с оборудованием для аварийного вскрытия брони?

– Рембот уже вышел, сообщил полковник.
– Будет у Маяка минут через сорок… если не слишком ошибутся с расчётом пульсации.

– Мы вытащим «Корсара».

Полковник отвернулся от монитора, и было слышно, как он отдаёт указания и выслушивает отчёты, хотя разобрать слова было практически невозможно. Через минуту лицо Шеденберга снова заполнило экран.

– «Маргаритка», мои эксперты утверждают, что взять эту калошу на буксир вы не сможете. Даже если у вас найдутся достаточно надёжные тросы. Корпус не выдержит нагрузки.

– Их пора уволить, буркнула девушка.
– Полковник, мы будем у «Эпсилона-16» через два с половиной часа. К этому моменту воздуха у ребят останется совсем мало. Будьте готовы вытащить их.

– Надеюсь, что вы знаете, о чём говорите, Шелест… Шеденберг помолчал и, явно пересиливая себя, продолжил: - Мне бы не хотелось потерять и ваш корабль тоже. Я приказываю вам… ещё раз трезво оценить свои возможности. Если уверены, то… удачи.

– Спасибо, полковник. Конец связи.

Массивная туша «Маргаритки» медленно приближалась к изуродованному гонщику, плавно поворачиваясь к нему брюхом. Время от времени черноту космоса пронзали огненные вспышки - Леночка расстреливала наиболее опасные камни. Но справиться с мелким крошевом было не в человеческих силах, и время от времени штурмовик вздрагивал, принимая на корпус очередной удар. Пока броня держалась… щит с нижнего сектора был убран, и теперь любой булыжник, летящий с достаточно большой скоростью, представлял для девушек серьёзную угрозу.

– Есть контакт! Катя отключила импеллеры и прижала ладони к лицу.

– Получилось!

– Монк, пошёл!

Зашипели насосы, откачивая воздух из шлюзовой камеры. Внешний люк распахнулся, и из него выплыла массивная чёрная фигура. За ней змеился тонкий поводок леера: хотя ноги робота были оборудованы магнитами, сильно рассчитывать на них не стоило - достаточно сильный удар вполне может сбить Монка и зашвырнуть его в пространство.

– Вижу его, сообщила Леночка.
– Он уже на корпусе.