В отличие от своей коллеги, эта дама оказалась плотной и вполне вменяемой. Выдав мне все необходимые документы и трижды все, проверив, она тут же переключилась на следующего клиента. А я отправился назад, к супруге, которая по-прежнему, сидя на скамеечке, пыталась припомнить поездку на такси и недоумевала, почему ничего не может вспомнить…

Я впервые официально покидал территорию нашей страны, поэтому все происходящее вокруг меня было мне удивительно и интересно. И естественно, я немного нервничал. Ни капли страха, но ощущение чего-то неминуемого, что должно произойти. Откуда взялось это чувство у меня — человека, который побывал во многих мирах? Однако одно дело иной мир — порождение Искусства, который автоматически переключает твое сознание на «сказочный лад», и совсем другое — реальное столкновение с государством, тем более с его чиновниками. Проверка багажа. Регистрация. Паспортный контроль. Строгие, каменные лица пограничниц, каждая из которых подозревала нас как минимум в измене Родине… И я шагнул в объятия «дьюти фри».

Алла суетилась, свысока поглядывая на окружающих. Она не просто ехала на курорт, она ехала на «дорогой курорт». Однако она, естественно, не знала истинной цены путевки. А если бы узнала, то была бы очень удивлена, и мне без помощи заклятий было бы трудно объяснить ей, откуда у меня такие деньги.

А «дьюти фри» встретил меня разнообразием импортных, дефицитных напитков по низким ценам. Опять-таки с помощью колдовства я мог позволить себе любые из этих напитков, притом бесплатно, но то, что можно их купить за деньги, а не выманить невесть откуда колдовским способом, само по себе было поразительно. И уже много позже, вспоминая свое первое зарубежное путешествие, я еще раз мысленно поблагодарил Тогота. Одно дело — иные миры, сказка наяву; другое — повседневная жизнь, приносящая жизненный опыт. В этом плане мне повезло, я-то был проводником, но другие… Если исключить тонкую прослойку выездных, то ведь все остальные граждане нашей страны до недавнего времени были лишены этой возможности. В начале девяностых народ все еще закупался впрок, а импортные товары только-только начинали победное шествие по российским прилавкам, а здесь, всего в двух шагах от пустующих магазинов, было все. Нет, я, как и остальные мои соотечественники, много раз видел в фильмах импортные супермаркеты и прочее, отлично понимал, что стоит пересечь границу Родины — и ты окунешься в иную жизнь. Но, как говорится, лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать. Поэтому, стоя у прилавка, уставленного всевозможными сортами виски и коньяка, я испытал поистине трепетное чувство, а ведь я еще не покинул пределов нашей дорогой отчизны.

Да и у Аллы глазки разбежались. Дергая меня за рукав, она прошептала мне на ухо:

— Возьмем что-нибудь?

— Смотрите не упейтесь! — мой советчик был тут как тут.

— А что ты хочешь? — поинтересовался я у супруги, не обращая внимания на покемона.

— Мне, пожалуйста, всего и побольше…

— Возьми какого-нибудь коньячка.

— «Мартель»?

— И две ириски на закуску… а больше не надо, а то обожремся… — передразнивая Аллу, продолжал Тогот.

— Пожалуйста, бутылку вон того коньяка, — презрев все приличия, я просто ткнул пальцем, — и вон ту шоколадку.

Шоколадку я купил специально, чтобы досадить Тоготу, причем выбрал самую маленькую.

Зал ожидания после прохождения границы в Пулково был двухэтажным. Внизу — несколько рядов кресел, магазины и кафе с сумасшедшими ценами. Наверху — два ряда кресел и отличный вид на взлетное поле. Именно там мы и расположились.

Вскрыв коньяк, я разлил темную жидкость в два пластиковых стаканчика — у Аллы они всегда были с собой, она даже пиво терпеть не могла пить из горла. Мы выпили за поездку.

Коньяк, как я и предполагал, оказался отличным, но стоило мне вскрыть шоколадку, как прямо у меня на глазах в воздухе растворился ряд шоколадных кубиков, а потом с характерным звуком уровень коньяка в бутылке понизился на два пальца.

Алла с недоумением повернулась ко мне:

— Ты бы хоть тут вел себя культурно… Все-таки заграница, а ты как свиньей был, так и остался, неужели нельзя… — и дальше в своей обычной манере моя женушка начала читать мне лекцию о правилах хорошего тона.

Я молчал. А что мне нужно было сказать? «Дорогая, вот уже несколько лет, как я тебя обманываю. Дело в том, что живем мы не вдвоем, как тебе порою кажется, а втроем. Видишь ли, милая, с нами живет очаровательный демон… Он тебе должен понравиться, потому что он — просто душка… Вот и сейчас, это не я себя так веду, а мой милый Тогот, который из вредности подставляет меня».

Мысленно же моя речь звучала по-другому:

— Гнида, она гнида и есть…

— За хамство ответишь…

— Да пошел ты. Мог бы сам себе такого коньяка наколдовать и ужрался бы в дупель.

— Но ведь вам на двоих бутылки много. Впереди изнуряющий полет и жаркое солнце страны полумесяца…

Дальше можно было не слушать.

На борт я поднимался уже тепленьким. Расположившись в своем кресле и пристегнувшись, я тут же погрузился в томную дрему, которая, к моему полному неудовольствию, была прервана трижды. Прохладительные напитки. Обед. Помню, я поковырял пластиковой вилкой что-то малосъедобное и очень горячее и отложил в сторону. И, наконец, еще один заход в «дьюти фри» — стюардесса со столиком, полным сигарет, крепких алкогольных напитков и духов.

Когда же, чисто инстинктивно, я потянулся к ближайшей бутыли, в голове у меня в который раз за это утро прозвучал «милый» скрипучий голосок:

— Смотри коньяк с духами не перепутай. А то будет от тебя разить «Шанелью»… Все турки разбегутся.

От неожиданности я даже покосился в иллюминатор. Интересно, что я ожидал там увидеть? Парящую в воздухе зеленую морковку? Нет, судя по всему, от Тогота мне не отделаться никогда и ни при каких обстоятельствах. Банный лист, а не ангел-хранитель.