Я Кацусиро Окамото. Пожалуйста, прошу, позвольте мне стать одним из ваших последователей.

Последователей? Я Камбэй Симада. Я всего лишь ронин. И у меня нет последователей.

Я думал о Либерейсе, и лорде Лейтоне, и об авторе той журнальной статьи. Даже если она права, самое плохое в этих людях то, что все они были плохими творцами. Возможно, мой отец был плохим писателем, но даже если и так, то только потому, что он был вынужден думать о других, более важных вещах. Когда путешествуешь по Сибири на ездовых собаках, уверяю, тебе не до того, чтобы оттачивать и отполировывать каждое слово. Нет, Сибилла слишком серьезно воспринимает искусство.

Я поднялся к себе, наверх. Она смотрит «Семь самураев» на протяжении последних десяти лет, и до сих пор у нее проблемы с японским. Снизу доносятся голоса. Знаю, она проторчит там еще час как минимум.

Как-то в ее комнате я увидел конверт с надписью: «Вскрыть в случае моей смерти». Уверен, там она сообщала имя моего отца — на тот случай, если вдруг умрет. И еще я подумал, что всю жизнь пытался играть по правилам. Но ведь это просто смешно! Представляю себя лет через десять, взирающим на картину лорда Лейтона и не видящим в ней ничего дурного. Или пытающимся найти какой-то изъян в произведениях величайшего писателя современности.

Я уже давно научился ходить совершенно бесшумно. И вот я совершенно бесшумно вышел на лестничную площадку и прокрался в ее комнату. А вот и ящик, в котором она держит свой паспорт. Конверт наверняка там. И я осторожно выдвинул ящик.

Там была папка, битком набитая бумагами.

Я быстро просмотрел бумаги.

Об отце там было написано много, но она изобрела ему прозвище и везде называла только так. Я думал, что найду там объяснение, кто такой Либерейс, что она упомянет хотя бы название одной из его книг, но ничего этого не было. И едва я начал искать конверт, как Сибилла окликнула меня снизу:

ЛЮДО! ТЫ НАВЕРХУ?

Я ответил:

ДА!

и она сказала:

БУДЬ ДОБР, ПРИНЕСИ МНЕ ПУХОВОЕ ОДЕЯЛО!

Я сунул папку с бумагами обратно в ящик, задвинул его, взял одеяло и спустился. Сам не пойму, о чем я тогда думал. Кажется, вот что: Может, лучше вообще не знать. Или: Но я должен знать.

Эпизод с наймом, та часть, где Кацусиро стоит за дверью с палкой, закончился. Еще маленьким я научился очень быстро читать субтитры. А Сибилла тогда все время спрашивала, как я думаю, почему он сделал это или поступил именно так, и почему Ситиродзи не должен проходить испытание, и почему Горобэй берет Хэйхати, если тот говорит, что всегда убегает? Я что-то отвечал, она смеялась и говорила, что ей бы это в голову никогда не пришло.

Камбэй и Кацусиро находят двух самураев, которые очищают бамбуковые палки, готовясь к соревнованиям.

Сражение начинается. Кюдзо поднимает палку. Икс держит палку над головой и кричит.

Кюдзо отводит палку. Икс бросается вперед.

Тут Кюдзо резко вскидывает палку и наносит удар.

Икс: Прости, но это ничья.

Нет, я победил.

Ерунда.

Если бы мы сражались настоящими мечами, ты был бы уже убит.

Сибилла накидывает пуховое одеяло на плечи. Говорит, что скоро сядет печатать.

Меня так и подмывает спросить: «Он что, так же плох, как Либерейс?»

Либерейса она приводила в качестве единственного примера, чтобы показать мне, что такое «плохо». Неужели и мой отец столь же плох? А может, даже еще хуже?.. Мне хотелось спросить: Насколько он плох? Неужели хуже всех этих «щербатых улыбок мальчишек в лохмотьях» и «жеребячьей грации»? Хуже, чем те вырезки из газет? Хуже, чем «истинный собор из льда»? И еще мне хотелось сказать ей: Но он хоть по крайней мере повидал мир.

И еще меня так и подмывало сказать Сибилле: Если я такой гений, почему ты не позволяешь мне решать самому? И еще одно: А я-то думал, ты не одобряешь тех людей, которые, явившись в этот мир на несколько лет раньше, заставляют других, явившихся в этот мир несколькими годами позже, беспрекословно подчиняться себе лишь на том основании, что они старше, даже не утруждая себя доказательствами своего превосходства. А мне-то всегда казалось, ты считаешь лишение гражданских прав на основании возраста признаком ВАРВАРСКОГО ОБЩЕСТВА! Я хотел сказать ей: С чего это ты вообразила, будто точно знаешь, что я должен знать, а чего не должен? А может, вообще не хочу знать?

Прибегает игрок, говорит, что они нашли по-настоящему крутого самурая.

Кацусиро бежит к дому, прячется за дверью с палкой наготове.

Игрок: Ах ты грязный обманщик!

Камбэй: Если он настоящий самурай, то не позволит себя ударить.

Игрок: Но он пьян.

Камбэй: Самурай никогда не напивается до потери чувств.

Через дверь пробегает мужчина; Кацусиро наносит удар палкой. Этот самурай не смог парировать удар. Он со стоном валится на землю.