Парадокс заключался в том, что штатный психолог их фитнес-центра, компанейская, смешливая тетка, Светлана Валентиновна Садовникова вела прием в соседнем с Лизиным кабинете. Светлана служила в фитнес-центре с момента его организации. Многие искренне уважали ее, другие побаивались, потому что она знала абсолютно про всех абсолютно все и при определенном стечении обстоятельств могла высказать в глаза самую нелицеприятную правду. Но к Лизе Садовникова относилась благосклонно и даже чуть по-матерински, хотя они и были ровесницами. Почти каждое утро она заглядывала в Лизин кабинет, давая своей товарке на грядущий рабочий день нехитрые наставления, а по сути подбадривая. Лизино угнетенное состояние давно уже перестало быть для Садовниковой тайной.

В этот день она пришла со словами:

– Чего сидишь скучаешь? Начинай прием! У тебя там уже собралась целая очередь.

– Сейчас. – Лиза посмотрела на часы. – Пять минут еще есть в запасе. Я же не виновата, что им нравится раньше приходить...

– Знала бы ты, кто сидит в очереди, так поспешала бы, – интриговала Садовникова.

– И кто же там сидит? Брэд Питт?

– Ничем, Лиза, тебя не удивишь, – хохотнула Садовникова. – Ну может быть, не Брэд Питт, а сидит в твоей очереди очень даже симпатичный мужчинка.

– Подумаешь, мужчинка! Попадаются иногда экземпляры. Женятся на молодых, например, и приходят делать подтяжки, морщины убирать. А некоторые, вполне естественно, стесняются плохой кожи: прыщей, расширенных пор.

– И тех и других ты должна направлять ко мне. Это мои клиенты!

– Необязательно. Болезни кожи надо лечить.

– Нудная ты, Лизка! Боишься, что ли, что я твой хлеб отобью?

– Не отобьешь. По нашим временам нам обеим работы хватит.

– Да уж, – согласилась Садовникова. – Времена не боже мой. Ну, я побежала, заскочу после приема. Сгоняем в «Перекресток»?

– Сгоняем.

Лиза с вымученной улыбкой кивнула Садовниковой и вслед за ней вышла в коридор объявить о начале приема.

Первой вошла Ковачич. Она пришла поблагодарить Лизу. И как в добрые советские времена, принесла подарки: коробку конфет и набор вышитых льняных салфеток. Продвигает на рынке свой товар, подумала Лиза равнодушно – она знала, что павильоны, принадлежащие Ковачич, торгуют разнообразным бельем.

Из короткой благодарственной речи экс-пациентки Лиза поняла, что все у нее теперь хорошо: молодой муж («Чуть постарше моего Богданчика», – озорно улыбнулась Ковачич), торговля – доходная, а кожа – гладкая и здоровая.

– Я за вас очень рада. Но все-таки постарайтесь выкроить время и заглянуть к диетологу...

– Ладно. Запишусь после отпуска, – неохотно согласилась Ковачич. – Вот только домой съезжу.

Следующую пациентку привело к врачу-косметологу появление стрий, именуемых в простонародье растяжками.

– Боролись с лишним весом? – догадалась Лиза и, как положено, стала рассказывать о причинах появления растяжек – недостатке эластина и коллагена в организме большинства женщин.

– Вы, наверно, использовали экспресс-диету?

– Да вот, – вздохнула девушка. – Хотела как лучше, а вышло как всегда.

– Должна вас разочаровать, медики уже сорок лет пытаются найти средство избавления от стрий. Но пока, – Лиза улыбнулась, – медицина бессильна.

– И что же делать?

– Есть возможность сделать растяжки менее заметными. Одна из самых популярных программ включает несколько этапов: распаривание, затем пилинг солями Мертвого моря, а в финале комбинированный массаж – ультразвук и вакуум – на специальном аппарате...

Лиза вдруг почувствовала, как тупая боль трансформируется в беспокойство, и начала из угла в угол ходить по кабинету, повторяя из последних сил крепко затверженные фразы про маски, гели, обертывания.

После ухода пациентки Лиза обессиленно опустилась на стул. Ничего, беспокойство – состояние для нее привычное. От него не избавишься так просто, но можно «затормозиться»: передохнуть, расслабиться, посидеть пару минут с закрытыми глазами, а потом съесть яблоко...

Вспомнив о яблоке, Лиза полезла в шкаф за сумкой. Но в это время в дверь постучали и, не дождавшись ответа, в кабинет вошел новый пациент – мужчина, похожий на американского актера Брэда Питта.

– А вы... не могли бы подождать две минуты... – начала неуверенно Лиза. – А впрочем, не стоит, – поспешно перебила она себя (все равно две минуты не поправят дела!), – не беспокойтесь. Не надо. Проходите, садитесь... и я слушаю вас.

Лизу смутил собственный монолог, сбивчивый и сумбурный, и от этого она разволновалась еще больше. Но то, что Брэд Питт безмолвствовал, усевшись напротив, окончательно выбивало ее из колеи. Не сдержавшись, она с раздражением спросила:

– Что молчите? Рассказывайте, что вас беспокоит.