Но Брэд Питт продолжал молчать.

– Как специалист-дерматокосметолог, – Лиза предприняла новую попытку коммуникации, – могу заверить вас: ваша кожа в прекрасном состоянии. Лишь некоторые, очень незначительные возрастные изменения...

– Да! Вот я как раз и хотел! – неловко обрадовался он. – Я хотел бы, чтобы их... это... убрали.

– Простите? – Лиза с тоской подумала, что Светка оказалась права: у Брэда Питта проблемы с психикой. Красавчик страдает каким-то своеобразным психозом.

– Чтобы вы убрали возрастные изменения! – оживился Брэд Питт.

– Вы хотите сделать омолаживающую операцию? Подтяжку?

– Вот-вот, операцию...

– Ну зачем же спешить? Могу посоветовать и не столь радикальные средства. Маски, массаж. Все зависит от того, для чего вы... решили прибегнуть к услугам нашего центра. То есть, проще говоря, какие у вас цели.

– Я бы хотел... – Брэд Питт очаровательно улыбнулся и опять замолчал. Его желания по-прежнему оставались для Лизы тайной.

– После операции... Понимаете ли, это очень заметно. У вас на работе пойдут разговоры, и вам это может повредить... А маски, массаж – они, конечно, не имеют такого эффекта, какой дает операция, зато никто не будет ни о чем знать.

– Пожалуй... я предпочел бы маски.

– Вот и хорошо. Тогда, – Лиза улыбнулась тепло и с облегчением – слава богу, договорились, – я сейчас запишу ваши данные. Пожалуйста, ваша фамилия, имя, отчество...

– Руднев Олег Михайлович.

– Ваш возраст, Олег Михайлович?

– Мне тридцать пять лет.

«Совсем еще молодой человек, – со странной грустью подумала Лиза. – Я уже в первом классе училась, когда его катали в колясочке... И нормальный вроде бы... полноценный... Зачем ему нужны маски и массажи? Если к Светке сагитировать записаться, интересно, у нее он расколется?..»

– Давайте, Олег Михайлович, подвергнем вашу кожу небольшому тесту.

Руднев напрягся:

– Это больно?

– Ну что вы? Нет, совсем нет. Пойдемте со мной в процедурную.

– Подождите. Подождите, Елизавета Дмитриевна. Пожалуйста, присядьте и выслушайте меня.

– Вы аллергик? – догадалась Лиза.

– Нет. Да не важно... Я пришел к вам не ради процедур.

– Но вы же только что отказались от операции. Либо операция – либо процедуры. Больше я ничего предложить вам не могу.

– Я пришел, чтобы увидеть вас. Чтобы поближе познакомиться с вами.

Лиза вздрогнула.

А беспокойство-то имело на этот раз вполне реальные основания! Этот человек пришел, чтобы сообщить ей нечто ужасное... Кто он такой, господи? Ленин знакомый? Дочь на прошлой неделе вернулась домой в невменяемом состоянии. А вдруг это не просто так? Вдруг Лена пристрастилась к наркотикам? На ранней стадии это почти незаметно, но...

– Впервые я случайно увидел вас в баре вашего фитнес-центра две недели назад. Вы искали кого-то: вошли, оглядели зал, не нашли. А я... я не выдержал и пошел за вами.

– Говорите прямо, что произошло.

Теперь Лиза решила, что Руднев – просто-напросто добрый человек, сочувствующий ее несчастью. Ему неприятна его миссия, он хочет оттянуть, смягчить тяжелый для нее момент.

– Я пошел за вами и потерял вас из виду. Но по униформе догадался, что вы сотрудник центра. Все это время я только и делал, что искал вас, и нашел только в прошлую пятницу. В выходные у вас нет приема, а на понедельник все ваше время уже расписано. И... я так долго ждал этой встречи, этой минуты.

– Говорите же, наконец, – довольно сурово начала Лиза, подняла голову и осеклась.

С правильного загорелого лица на нее смотрели чуть прищуренные голубые глаза, смотрели в упор, с откровенным обожанием.

– Я пришел, чтобы познакомиться с вами...

Лиза вздохнула и еще раз внимательно посмотрела на Брэда Питта-Руднева. Он был очень, картинно хорош собой, здоров, молод и полон сил. То давящее и саднящее, что с некоторых пор обитало внутри у Лизы, было абсолютно несовместимо с его американской жизнерадостностью. Им нечего делать вместе. Теперь он сам это чувствует и, наверное, раскаивается в своей поспешности.

– Считайте, что вы мне ничего не говорили. Я вас понимаю, так бывает: мы часто судим о человеке по первому впечатлению. Но первое впечатление обманчиво.

– Нет! Чем больше мы сейчас общаемся с вами, тем сильнее я убеждаюсь, что...

– Поймите, это затмение! Как и любое затмение, оно пройдет.

– Давайте встретимся на нейтральной территории. Один раз. Один-единственный раз!

– Я замужем.

– Ну и что? – искренне удивился Руднев. – Какое это имеет значение?

Действительно, какое? – с любопытством подумала Лиза.