– Мы можем отъехать на полмили по дороге и свернуть на пастбище, а по нему подъехать к задней стороне дома. Старик из своей машины нас не заметит.

– Очень хорошо, Сергей. И пусть наше подкрепление остается на месте и будет начеку.

– Конечно, товарищ.

Помощник поспешил к переднему выходу.

– Подкрепление? – не унимался Алекс. – У тебя есть еще и подкрепление?

– Прошу тебя, Алексей, зачем придираться? Сам виноват, в конце концов. Даже сегодня ночью по телефону ты не сказал мне о заговоре против вашего заместителя директора.

– Ради бога, это не заговор!

– Это ведь не совсем отношения между штабом и полевым командиром, верно? Нет, Алексей Николаевич Консоликов, ты знал, что сможешь, скажем так, использовать меня, и ты это сделал. Никогда не забывай, мой дорогой старый дружище, ты все-таки русский.

– Может, вы оба заткнетесь и мы наконец уберемся отсюда?

Они ждали, сидя в бронированном «Ситроене» Крупкина возле заросшего поля в ста футах позади машины старика, откуда был отличный вид на фасад ресторана. К раздражению Борна, Конклин и офицер КГБ начали предаваться воспоминаниям, словно два престарелых профессионала, анализируя стратегии друг друга в прошлых разведывательных операциях, выявляя недочеты друг друга. «Подкреплением» был неопределенный седан у дальней обочины дороги, по диагонали от ресторана. Два вооруженных мужчины с автоматами были готовы выскочить из него.

Неожиданно к ресторану подъехал многоместный автомобиль. В нем было три пары; все они, кроме водителя, вышли, весело смеясь и держась за руки. Они беззаботно шли ко входу, пока их машина парковалась на небольшой стоянке рядом.

– Остановите их, – сказал Джейсон. – Они могут погибнуть.

– Могут, мистер Борн, но если мы их остановим, то потеряем Шакала.

Джейсон уставился на русского, потеряв дар речи. Злоба и смятение наполнили его мысли. Он хотел что-то возразить, но не мог; слова не удавалось изречь. Потом стало не до слов. На дороге со стороны парижского шоссе появился темно-коричневый фургон, и к Борну вернулся голос:

– Этот тот самый, с бульвара Лефевр несколько дней назад, который скрылся!

– Тот самый, откуда? – переспросил Конклин.

– Несколько дней назад на Лефевр было происшествие, – сказал Крупкин. – Взорвался автомобиль или грузовик. Ты это имеешь в виду?

– Это была ловушка. Для меня… Фургон, потом лимузин, и еще один для Карлоса – такая была ловушка. Это второй из них; он выехал с темной стороны улицы и пытался подавить нас огневой мощью.

– Нас? – Алекс не спускал с Джейсона глаз; он видел неприкрытую ярость в глазах Хамелеона, плотно сжатые губы, медленно сжимающиеся и разгибающиеся с силой кулаки.

– Бернардин и я, – прошептал Борн в ответ и вдруг поднял голос: – Дайте мне оружие, – крикнул он. – Пукалка у меня в кармане никуда не годится.

За рулем сидел крепкий помощник Крупкина Сергей; он достал из-за сиденья русский «АК-47» и протянул его Джейсону.

Темно-коричневый лимузин, визжа покрышками по сельской дороге, остановился перед ветхим навесом; и, подобно тренированным коммандос, двое в масках из чулка выскочили из боковой дверцы с автоматическим оружием в руках. Они подбежали ко входу и прижались к стене по сторонам от двойной двери. Из автомобиля появился третий человек, лысеющий мужчина в черной рясе священника. По его жесту первые двое синхронно подскочили к дверям и взялись за тяжелые латунные ручки. Водитель газовал на месте.

– Вперед! – крикнул Борн. – Это он! Это Карлос!

– Нет! – прорычал Крупкин. – Подожди. Теперь это наша засада, и он должен в нее попасть – внутрь.

– Ради бога, там же люди! – возразил Джейсон.

– На всех войнах бывают невинные жертвы, мистер Борн. И, если вы до сих пор не поняли, это война. Ваша и моя. Ваша, между прочим, гораздо более личная, чем моя.

Шакал издал режущий слух крик, давая команду к действиям, створки дверей открылись, и террористы ворвались внутрь, стреляя очередями.

– Сейчас! – крикнул Сергей, мотор взревел, акселератор был вжат до пола. «Ситроен» выскочил на дорогу, целясь в фургон, но за долю секунды до столкновения вдруг оказался сбит с курса. Справа прогремел мощный взрыв. Старик и серая машина, в которой он сидел, разлетелись на обломки, послав «Ситроен» влево в древний забор вокруг стоянки рядом с рестораном. В тот же момент темно-коричневый фургон Шакала, вместо того чтобы сорваться вперед, отъехал назад, резко остановился, и водитель выскочил из кабины, прячась за ней; он заметил русское подкрепление. Пока двое русских бежали к ресторану, водитель Шакала скосил одного из них очередью из автомата. Второй бросился в траву, беспомощно глядя, как водитель Карлоса прострелил покрышки и выбил все стекла советской машины.

– Вылезай! – прокричал Сергей, вытаскивая Борна с сиденья на землю у забора, пока его контуженный босс и Алекс Конклин выползали за ним.

– Вперед! – крикнул Джейсон, хватая «АК-47» и вскакивая на ноги. – Этот сукин сын взорвал машину дистанционно.

– Я пойду вперед! – сказал русский.

– Почему?

– Вообще-то я моложе и сильнее…

– Заткнись!

Борн побежал вперед зигзагом, чтобы привлечь на себя огонь, и бросился на землю, когда тот пришел со стороны водителя Карлоса. Он прицелился из травы, зная, что человек Шакала уверен, что его очередь достигла цели; голова появилась и исчезла, когда Джейсон спустил курок.