Йоли кивнул и поспешил прочь. Итуралде взял Дипа за руку, обращая на себя внимание.

–  Вы, Аша’маны, слишком важный ресурс, чтобы вас потерять, - сказал ему Итуралде.
– Дракон послал нас сюда на помощь, а не на смерть. Если город падёт, я хочу, чтобы вы собрали уцелевших и столько раненых, сколько сможете, а потом выбрались отсюда. Ты понял меня, солдат?

–  Многим это не понравится.

–  Но ты понимаешь, что это к лучшему, - сказал Итуралде, - не так ли?

Дип колебался.

–  Да, вы как всегда правы. Я уведу их, - ответил он, понизив голос.
– Сопротивление бесполезно, милорд. Что бы они там ни замыслили, это принесёт нам гибель. Мне тяжело это говорить, но я всё же скажу… то, что вы сказали про моих Аша’манов, относится и к вашим солдатам тоже. Позвольте нам отступить, - он произнёс слово «отступить» с горечью.
– Салдэйцы не покинут город с нами.

–  Я знаю.

Итуралде уже думал об этом. Наконец он покачал головой.

–  Каждый день, что мы продержимся здесь, способен ещё на день отсрочить нападение этих тварей на земли моей родины. Нет, я не уйду, Дип. Всё равно это лучшее место для битвы. Вы видели, как укреплены здесь здания; разбившись на мелкие группы, мы можем продержаться несколько дней, связывая их армию.

–  Тогда мои Аша’маны могут остаться и помочь.

–  Ты получил приказ, сынок. Выполняй его. Ясно?

Дип сжал челюсти сильнее и коротко кивнул:

–  Я возьму…

Остального Итуралде не расслышал. Раздался взрыв.

Он его не почувствовал. Ещё миг назад он стоял рядом с Дипом, а затем обнаружил себя лежащим на спине, и мир вокруг стал необычайно тихим. Его голову пронзила боль, и он закашлялся, подняв дрожащую руку к залитому кровью лицу. Что-то случилось с его правым глазом; при каждой попытке моргнуть его пронзала боль. И почему так тихо?

Он перекатился, снова закашлявшись; правый глаз он старался не открывать, из левого текли слёзы. Стена обрывалась в нескольких дюймах от него.

Он охнул. К северу в стене зиял огромный пролом. Посмотрев в другом направлении, он застонал. Дип же стоял рядом с ним…

Он нашёл Аша’мана лежащим неподалёку, голова мужчины была залита кровью. Его правая нога заканчивалась месивом плоти и сломанной кости выше того места, где должно было находиться колено. Итуралде выругался, двинулся вперёд и упал на колени возле мужчины. Под ним набежала лужа крови, но он ещё шевелился. Жив.

«Нужно поднять тревогу…»

Тревогу? Этот взрыв сам по себе мог считаться сигналом тревоги. Здания, находившиеся сразу за стеной, были разрушены разлетевшимися во все стороны обломками. Троллоки уже мчались вперёд с плотами наперевес, чтобы перебраться через ров.

Итуралде снял с Аша’мана пояс и перетянул им его бедро. Пока это было всё, чем он мог ему помочь. Собственная голова до сих пор гудела от взрыва.

Город потерян… Свет! Он потерян, всё кончено.

Чьи-то руки помогли ему подняться. В оцепенении он поглядел на Коннела; тот пережил взрыв, хотя его мундир висел клочьями. Коннел увёл Итуралде прочь, а двое солдат подняли Дипа.

Дальше всё было как в тумане. Итуралде споткнулся на ведущей со стены лестнице, и чуть не полетел вниз головой с пятнадцатифутовой высоты. Только руки Коннела удержали его от падения. А затем… палатка? Большая палатка, открытая по бокам? Итуралде моргнул. На поле битвы не должно быть так тихо.

Его с ног до головы окатил ледяной холод. Он закричал. В его уши и мозг ворвался поток звуков. Крики, раскалывающиеся камни, пение труб, грохот барабанов. Умирающие люди. Все эти звуки разом поразили его, будто из ушей вынули затычки.

Он встряхнулся, задыхаясь. Он находился в палатке для раненых. Над ним возвышался Антайл, спокойный Аша’ман с редкой шевелюрой. Свет! Итуралде чувствовал себя таким уставшим. Недосып в сочетании с Исцелением. Когда до него долетели звуки сражения, он почувствовал, как его веки предательски тяжелеют.

–  Лорд Итуралде, - произнёс Антайл.
– Я знаю плетение, которое хоть и не придаст вам сил, зато заставит чувствовать себя здоровым. Оно может навредить вам. Хотите, чтобы я его сделал?

–  Я… - произнёс Итуралде. Получилось невнятно.
– Это…

–  Кровь и проклятый пепел, - пробормотал Антайл и подался вперёд. Итуралде захлестнула ещё одна волна Силы. Возникло чувство, будто по нему прошлась метла, которая смела всю усталость и беспокойство, восстановив его органы чувств и заставив его ощутить себя так, будто он отдыхал всю ночь. Правый глаз больше не болел.

Где-то глубоко внутри сидело кое-что ещё - смертельная усталость, проникшая до самого мозга костей. На это он мог не обращать внимания. Родел сел, глубоко вздохнул и посмотрел на Антайла.