Это не взаправду.

Чудище взорвалось, превратившись в туман. Перрина окатили брызги воды, которые мгновенно высохли. Кошмар вокруг него выгнулся под давлением исходящего от него пузыря реальности. Тёмный воздух, холодные волны, кричащие люди - всё текло, словно мокрая краска.

Не было молний - он не видел их отсветы на своих веках. Не было грома. Он не слышал его раскатов. Не было волн посреди не имевшего выхода к морю Кайриэна.

Перрин широко распахнул глаза, и ночной кошмар рассыпался на кусочки, растаяв подобно тонкой ледяной корочке на весеннем солнце. Вновь появились здания, вернулись улицы, отступили волны. Небо заполнила кипящая чёрная буря. В её нутре сверкали ослепительные белые вспышки молний, но грома не было.

Неподалёку на улице сидел Прыгун. Перрин направился к волку. Он мог бы прыгнуть к нему немедленно, но идея выбирать простой путь ему претила. По возвращении в реальный мир, простота могла выйти боком.

«Ты возмужал, Юный Бык», -одобрительно передал Прыгун.

–  Всё равно это занимает у меня слишком много времени, - ответил Перрин, оглядываясь.
– Каждый раз, когда я вхожу, мне нужно несколько минут, чтобы восстановить контроль. Я должен быть быстрее. В битве с Губителем несколько минут могут оказаться вечностью.

–  «Он не столь силён, как они».

–  И всё равно, он будет силён, - ответил Перрин.
– Он потратил годы, чтобы научиться управлять волчьими снами. Я только начал.

Прыгун засмеялся.

–  « Юный Бык, ты начал, когда впервые пришёл сюда».

–  Да, но по-настоящему я начал обучение только несколько недель назад.

Прыгун продолжал смеяться. По-своему он был прав. Перрин провёл два года, входя в волчьи сны по ночам. Но ему всё ещё нужно было по мере сил учиться . В какой-то мере он был даже рад отсрочке перед испытанием.

Но отсрочка не могла длиться слишком долго. Близилась Последняя Охота. Многие волки отправились на север. Перрин чувствовал их движение. Они стремились к Запустению, к Пограничным Землям. Они бежали одновременно и в реальном мире, и в волчьих снах, но не входя туда во плоти. Они бежали стаями.

Он чувствовал, что Прыгун жаждет к ним присоединиться. Однако, он оставался, также как и несколько других.

–  Пойдём, - сказал Перрин.
– Давай разыщем новый кошмар.

Розовая Межа стояла в цвету.

Это было невероятно. Этим ужасным летом зацвели очень немногие растения, да и отцветшие уже увяли. Но Розовая Межа цвела, и цвела неистово - сотни красных взрывов вихрем обвивали ограду сада. Ненасытные насекомые с жужжанием брали штурмом цветок за цветком. Словно для того, чтобы насытиться, сюда слетелись все пчёлы в городе.

Гавин держался от них подальше, но благоухание роз было столь всепроникающим, что он чувствовал себя купающимся в аромате. Когда прогулка закончится, его одежда, скорее всего, будет благоухать ещё долгие часы.

Около небольшого пруда, заросшего кувшинками, стоя рядом с одной из скамей, Илэйн беседовала с несколькими советниками. Сестра не скрывала свою беременность и выглядела сияющей. Солнечный свет отражался от её золотистых волос как от зеркальной поверхности. В сравнении с ними венчавшая её голову Корона Роз Андора казалась заурядной вещицей.

В последнее время дел у неё было по горло. Он слышал успокаивающие донесения об изготовлявшемся для неё оружии. Таком, которое, по её мнению, было сравнимо по мощи с пленными дамани. Как он слышал, литейщики Кэймлина трудились дни и ночи напролёт. Город деловито кипел, готовясь к войне. Зачастую Илэйн не могла даже уделить брату время, так что он был рад, когда она его выкраивала.

Когда он приблизился, она улыбнулась ему, затем незамедлительно отослала своих спутников. Подойдя к нему, она с любовью поцеловала его в щёку.

–  Ты выглядишь задумчивым.

–  В последнее время это моя обычная беда, - сказал он.
– Ты выглядишь встревоженной.

–  А это моя обычная беда в последнее время, - сказала она.
– Слишком много дел, и меня на всё не хватает.

–  Если тебе нужна…

–  Нет, - прервала его она, взяв за руку.
– Я должна поговорить с тобой. Мне говорили, что в моём положении ежедневная прогулка по саду идёт на пользу.

Гавин улыбнулся, вдыхая аромат роз и влажного ила от пруда. Запахи жизни. Прогуливаясь, он взглянул на небо.

–  Не могу поверить, сколько солнечного света я вижу. Я уж было убедил себя, что постоянная темень - это нечто естественное.

–  О, может, так и есть,- сказала она беспечно.
– Неделю назад пелена над Кэймлином в Андоре улетучилась, но больше нигде.

–  Но … как?

Она улыбнулась.

–  Ранд. Он что-то сделал. Думаю, он побывал на вершине Горы Дракона. А затем…