–  Именно поэтому я сделала то, что сделала, - вставила Аллиандре.

С точки зрения Фэйли, клятва Аллиандре была прямым результатом та'веренства Перрина, а не вдумчивого планирования. Последняя, однако, видела сложившуюся ситуацию в ином свете.

–  Ваше Величество, - продолжала Фэйли, - наше предложение открывает перед вами много возможностей: через наш с Перрином брак вы приобретаете тесные связи с Салдэйей, через клятву Аллиандре - Гэалдан. Берелейн следует за Перрином, и она часто упоминала о том, что заинтересована в могущественных союзниках для Майена. Если мы обсудим это с ней, я подозреваю, она согласится заключить с нами союз. Можно составить собственное соглашение. Пять государств, если отдельно считать Двуречье, и шесть, если вы, как утверждают слухи, взойдёте на Солнечный Трон. Мы не самые могущественные государства, но вместе мы сильнее. А возглавлять нас будете вы.

С лица Илэйн исчезла практически вся враждебность.

–  Какая ты по счету в очереди на трон Салдэйи?

–  Вторая, - призналась Фэйли. Илэйн, возможно, была уже осведомлена. Перрин поёрзал в своем кресле. Фэйли знала, что этот факт по-прежнему доставлял ему неудобство - ну, значит, ему придётся просто к нему привыкнуть.

–  Вторая - это слишком близко, - ответила Илэйн.
– Что если ты всё же окажешься на троне Салдэйи? Тогда я рискую потерять Двуречье.

–  Этого легко избежать, - сказала Аллиандре.
– Если Фэйли займёт трон, один из её и Перрина детей может стать лордом Двуречья. А другой - получить трон Салдэйи. Составьте соответствующие документы, и вам ничто не будет угрожать.

–  С такими условиями я могу согласиться, - сказала Илэйн.

–  Тогда у меня нет никаких возражений, - ответила Фэйли, покосившись на Перрина.

–  Полагаю, что так.

–  Мне бы самой не помешал кто-нибудь из них, - задумчиво сказала Илэйн.
– Я имею в виду, кто-нибудь из ваших детей, чтобы соединить его браком с особой андорской королевской крови. Если Двуречьем будет управлять лорд с той огромной властью, которую даст ему это соглашение, я бы хотела, чтобы он имел кровные связи с троном.

–  Ничего не могу обещать, - сказал Перрин.
– Мои дети сами сделают свой выбор.

–  Иногда дворяне так поступают, - сказала Илэйн.
– Это необычно, хоть и не редкость, если наши дети будут обручены с рождения.

–  В Двуречье такой традиции не будет, - упрямо ответил Перрин.
– Никогда.

Фэйли пожала плечами.

–  Ваше Величество, мы можем поощрить их.

Илэйн заколебалась и кивнула.

–  Хорошо. Но другим Домам не понравится эта идея с титулом Верховного Лорда. Должен быть другой способ…

–  Отдайте Двуречье Дракону Возрождённому, - сказала Моргейз.

У Илэйн загорелись глаза.

–  Да. Это сработает. Если я отдам ему земли, которые станут его резиденцией в Андоре…

Фэйли уже было открыла рот, но Илэйн прервала её взмахом руки.

–  Это не обсуждается. Мне нужно каким-то образом убедить других лордов, что я вправе сделать Двуречье настолько независимым. Если даровать эти земли Дракону Возрождённому, дать ему титул Андорского лорда и сделать Двуречье его резиденцией, то будет разумно, что ваш дом так выделяют.

–  Благородные Дома Андора согласятся на это, поскольку Двуречье - родина Ранда, а Андор у него в долгу. Мы сделаем так, чтобы Ранд назначил род Перрина своими наместниками. И все подумают, что я не иду на уступки мятежникам, а позволяю Дракону Возрождённому, человеку, которого я люблю, возвысить своего верного друга. Это также может дать нам некоторую основу для противостояния союзу Тира и Иллиана. Они твёрдо уверены, что их связь с Рандом даёт им право завоёвывать другие страны, - она становилась всё задумчивее, постукивая пальцем по стенке чашки.

–  Кажется, это вполне разумно, - сказал Перрин, кивая головой.
– Наместник Двуречья. Мне нравится, как это звучит.

–  Да, хорошо, - сказала Фэйли, - тогда, я думаю, мы всё уладили?

–  Налоги, - сказала Илэйн, будто ничего не слышала.
– Вы доверяете управление налогами Перрину и его потомкам, с указанием, что Дракон может потребовать их выплаты в случае своего возвращения. Да. Это позволяет законно освободить вас от налогов. Конечно, Перрин будет вправе распоряжаться этими фондами, чтобы обустроить Двуречье: на дороги, строительство продуктовых складов, оборону.

Илэйн взглянула на Фэйли, потом улыбнулась и сделала большой глоток чая.

–  Я начинаю думать, что оставить вас в живых было хорошей идеей.

–  Это, конечно, успокаивает, - с улыбкой сказала Аллиандре. Как наименее могущественный член союза, она выигрывала больше всех.

–  Ваше Величество… - обратилась Фэйли.

–  Зовите меня Илэйн, - сказала королева, наливая вино для Фэйли.

–  Очень хорошо, Илэйн, - отозвалась Фэйли, отодвигая в сторону чай и принимая вино.
– Мне нужно спросить. Знаете ли вы, что происходит с Драконом Возрождённым?