– Да, давай уходить. Пожалуйста.

– Через заднюю дверь, – подсказал Мило.

Они прошли за ним через кухню. Возле дома

никого не было. Убедившись в этом, Мило открыл дверь.

– Чуть не забыл, – добавил он. – Олли хочет поговорить с тобой. Что-то насчет фотографий. Не сейчас, позже.

– Где?

– У озера. За лодочным сараем. Место знакомое, не забыл?

За дверью их встретил сырой утренний туман с повисшей в нем тишиной. Кэти оглянулась. «Когда же это кончится? Наступит ли день, когда нам не нужно будет бежать? Когда не нужно будет прислушиваться к шагам за спиной?»

Виктор похлопал друга по плечу:

– Спасибо, Мило. За мной должок.

– Не беспокойся, я не забуду, – прошипел Мило, закрывая дверь.

Виктор помахал ему рукой:

– Пока. Еще увидимся.

– Ага, – пробормотал Мило. – Надеюсь, не в тюрьме.

Китаец врал. Держался он уверенно, говорил спокойно, на вопросы отвечал без пауз, и тем не менее Сэвич знал – мистер Мило Лум что-то скрывает. Его выдавали глаза.

Он сидел на диване в гостиной, напротив Сэвича. Сбоку, в кресле, сидела миссис Лум, которая ничего не понимала и постоянно улыбалась. Сэвич мог бы попытаться расколоть старушку, но сейчас его больше занимал сын.

– Не понимаю, почему вы его разыскиваете, – говорил Мило. – Виктор абсолютно чист и на преступление просто не способен. По крайней мере, был таким, когда я его знал. Хотя, конечно, воды с тех пор утекло немало.

– Вы давно его не видели? – вежливо осведомился Сэвич.

– Да, несколько лет. Очень давно, сэр.

Сэвич шевельнул бровью. Мило на мгновение отвел глаза и чуть-чуть сдвинулся назад.

– Вы с матерью живете здесь одни?

– Да, с тех пор, как умер отец.

– Жильцов не пускаете? Кроме вас, в доме никого нет?

– Нет. А что?

– Есть сигналы, что человека, подходящего под описание Виктора Холланда, видели в вашем квартале.

– Поверьте, если Виктора разыскивает полиция, он здесь не появится. Думаете, я пустил бы в дом подозреваемого в убийстве? Учитывая, что нас здесь всего двое?

Сэвич взглянул на миссис Лум, которая только улыбнулась в ответ. Глаза у нее были умные, проницательные. Глаза женщины, научившейся выживать.

Самое время проверить подозрение, решил Сэвич и поднялся.

– Прошу извинить, я долго добирался до вашего города. Можно воспользоваться вашей ванной?

– Конечно. Пройдите по коридору.

Войдя в ванную, Сэвич закрыл за собой дверь.

Ему понадобилось не больше десяти секунд, чтобы найти улику. Она лежала на кафельном полу: длинная прядь каштановых волос. Легких, шелковистых.

Кэтрин Уивер была здесь.

Другого подтверждения ему и не требовалось. Сэвич сунул руку под пиджак, где висела плечевая кобура, вытащил полуавтоматический пистолет и с сожалением посмотрел на свою ослепительно белую рубашку. Допрос – дело грязное. Надо быть осторожнее, не запачкаться кровью.

В коридор он вышел, держа пистолет в опущенной правой руке. Сначала лучше надавить на старушку. Приставить дуло к виску, пригрозить. Между этими двумя, матерью и сыном, сильная связь. Они будут защищать друг друга любой ценой.

Он прошел половину коридора, когда в дверь позвонили. Это еще кто?

Сэвич остановился. Дверь открылась.

– Мистер Мило Лум? – спросил незнакомый голос.

– А вы, черт возьми, кто такой? – устало проворчал Мило.

– Сэм Половски. Федеральное бюро расследований.

Сэвич напрягся. Ситуация оборачивалась так, что выбора уже не оставалось: Половски придется убрать.

Он поднял пистолет и бесшумно, на цыпочках, пробежал по коридору к гостиной.

– Как, еще один? – послышался жалобный голос Мило. – Послушайте, один из ваших уже здесь…

– Что?

– Ну да, он только что…

Сэвич сделал еще шаг и уже повернулся к двери, когда миссис Лум пронзительно вскрикнула.

Мило застыл на месте, а вот Половски среагировал быстрее и, отпрыгнув в сторону, покатился по полу. Мгновением позже пуля расщепила дверную раму.

Второй выстрел тоже не достиг цели – фэбээровец уже укрылся за диваном, и пуля застряла где-то в пухлой спинке. Рисковать дальше не имело смысла – Половски был вооружен.

Сэвич решил, что пора уходить.

Повернувшись, он промчался по коридору и влетел в дальнюю комнату. Судя по приторному запаху каких-то духов, это была спальня старушки. Окно открылось легко. Сэвич выбил ногой сетку, перебрался через подоконник и прыгнул на раскисшую после дождя клумбу. Выругавшись, он выбрался из клумбы и, оставляя после себя грязные следы, побежал через лужайку.