А напротив нее так же прямо стоял смуглый молодой черноволосый мужчина с горделивым взглядом, в темно-бордовом бархатном костюме.

Ожидающая встречи со сморщенным седым старичком, в тряпье и с обязательными атрибутами в виде трубки и серег, Кэролайн немного смутилась, но нашла в себе силы вежливо поздороваться и извиниться за нахальное вторжение. Но хозяин вардо не слушал Кэрри, в два хищных прыжка сократив расстояние, он неожиданно упал перед ней на колени и обхватил ее ноги.

— Моя звезда услышала меня и дала мне мою любимую, — благоговейно прошептал он, словно не замечая, что на девушке надеты грубые мужские брюки.

Самое странное, что и Кэролайн ощутила жар от его ладоней даже сквозь плотную шерстяную ткань.

— Вы меня с кем-то путаете! — сказала она спокойно, потому что с сумасшедшими иначе и нельзя.

— Как я могу перепутать свою жену с кем-либо? — воскликнул цыган, смыкая руки уже на бедрах Кэрри. — Ту единственную, которую дала мне судьба, ту, о которой я просил звезду? Все сбылось, все сбылось, талисман сработал… — забормотал он, приподнял девушку и переместился вместе с ней в дальнюю часть кибитки, где отодвинул шуршащую занавесь и бережно опустил свою добычу на обтянутый алым шелком топчан.

Он ухитрился проделать это столь быстро и ловко, что ни голова, ни прочие части тела Кэролайн не задели шершавых досок.

— Немедленно отпустите меня! — крикнула девушка, понимая, что встать с этого низкого ложа, когда сверху прижимают крепкие руки, не так-то просто.

— Если я выпущу свою судьбу, то окажусь полным дураком, — тихо произнес цыган, раскрывая на ней пиджак и в восхищении замирая при взгляде в вырез белой рубашки.

— Остановитесь, да что ж вы творите! — Девушка пыталась вырваться, даже лягнулась и выгнулась дугой, но так и не высвободилась. — Влад? Вас так зовут?

— Ты пришла ко мне с моим именем и все еще думаешь, что звезда могла ошибиться?

— Какая звезда? Я зашла задать пару вопросов по своему делу, я вовсе не собираюсь оставаться. — Почувствовав, что цыган больше не напирает, Кэролайн попыталась вновь нащупать твердую почву и постепенно начать выбираться. — Не знаю, кого вы ждали, но я оказалась здесь случайно. Посмотрите, разве я ваших кровей? Я знаю, что в жены цыгане берут только своих и очень придирчиво изучают родословную, поверьте, я совсем из другой семьи, и брак между нами, даже если вы будете настаивать, невозможен.

— А я буду настаивать, — улыбнулся Влад, жадно разглядывая ее. Он по-прежнему не давал ей возможности подняться, но хотя бы больше не хватал за руки — ноги. — Потому что судьба выше родовых предрассудков, с ней не спорят. Я ждал… С тех пор, как овладел амулетом рока и судьбы, я ждал, что ты придешь ко мне. Я не просил ничего лишнего, я знал, что влияние, власть и богатство смогу завоевать сам, лишь бы у меня была нужная женщина.

Он ел глазами ее лицо, любовался волосами, ушами и шеей, влюблено смотрел на кисти рук и задерживал дыхание, наблюдая, как по щекам девушки растекается стыдливый румянец.

— Вам нужна жена, чтобы стать бароном? — догадалась Кэрри.

— О да, без супруги и детей я не могу считаться главой семьи, хоть и кормлю ее уже несколько лет, а без главенства не имею права претендовать на титул барона, но это подождет, теперь у меня есть ты, а вместе мы быстро всего добьемся… Какая же ты красивая, я такую и не представлял себе даже в самых потаенных мечтах. Какие волевые скулы, какие точеные черты… Королева, богиня, — прошептал он, чуть отстраняясь.

— Спасибо за комплименты, но все-таки мне надо возвращаться к своим. Вы же не пойдете на похищение человека?

— Какое похищение? — искренне удивился Влад. — Здесь только я и моя жена.

— Но ни по одному закону я вашей женой не являюсь!

— Закон един, и кто бы ни пришел в мое вардо завтра или послезавтра, он найдет здесь только мою жену, женщину, которую признают моей все боги.

— Я — подданная ее величества, и вы не имеете права…

— Во все времена лишь муж имел право на свою жену, а быстро исчезающие государства и условные короли только подтверждали этот священный союз.

— Но союз священен тогда, когда он доброволен, без грубости и насилия…

— Разве можно применять грубость к женщине? — Влад с недоумением вздернул брови и, похоже, хотел всплеснуть руками, но не стал этого делать, чтобы не упустить Кэролайн. — Мой брак будет лишь по любви, и ты сама знаешь, что любишь меня, но почему-то упираешься и цепляешься за мнимые соломинки. Поверь, они остались на том берегу, а ты уже приплыла ко мне. Сама, и по этому дурацкому костюму я понимаю, как много тебе пришлось пройти. Моя бедная лань, теперь все позади, ты можешь никого не бояться. Здесь тебя никто не найдет.