— Я так и не понял, во что он ввязался, — Кавендиш стянул перчатку и почесал нос, — но раз он сказал, что мистеру Вуду можно доверять, мне больше нет причин хранить этот секрет.

— Буду собой гордиться, — произнес Роберт, поспешно покидая гостевую комнатку, — мое имя, имя «мота и гуляки», стало недурной рекомендацией… Кстати, мы об Эдвине Лоуэлле говорим, я надеюсь?

— Он мой старый друг, — кивнул Кавендиш. — Единственный настоящий друг. Я знаю его с детства. Это честный, искренний человек…

— Зачем вы нам это говорите? — поинтересовался Роберт.

Кайл с тоской посмотрел в окно.

— Потому что произошло какое-то недоразумение. Уверяю вас, Эдвин чудовищно, патологически честен.

— У нас пока не было возможности в этом убедиться, — возразил Роберт, и от его голоса Кавендиш и Артур выпрямились, как туго натянутые струны. — А теперь Лоуэлл сбежал. Отличный способ убедить людей в своей порядочности.

— Он торопился.

— Куда?

— Я не знаю! — с отчаянием произнес Кавендиш. — Он пришел ко мне двое суток назад, ободранный и взъерошенный, сказал, что дела у него плохи, выпил чайник заварки и свалился без сил. Я увидел, что у Эдвина перевязана голова, перенес его в спальню и сходил за доктором, предупредив того о необходимости держать визит в тайне.

— Чудесная у нас страна, врачи надежны, как решетка в исповедальне, — прорычал Роберт. — И милый доктор, конечно же, за определенную сумму согласился оказать скрытую немедленную помощь?

— Да, — не заметив иронии, подтвердил Кавендиш. — Мы с ним решили, что выражение «дела мои плохи» может означать все, что угодно, но сейчас больного тревожить нельзя в любом случае. Раны на голове не оказалось — пустяковый ушиб, зато выяснилось, что Эдвин заболел какой-то новой лихорадкой, лучшее средство от которой — сон и уход. По совету доктора я обработал дом карболкой, а сам безвылазно следил за состоянием друга и регулярно менял простыни, благо их в доме предостаточно, моя родня была запасливой. В себя он пришел сразу после вашего ухода, видимо, проснулся от шума. Я назвал Эдвину ваши имена и предположил, что вы кого-то ищете, скорее всего, его. Он осведомился о дате, сказал, что Вуду можно верить, еще раз предупредил, что у него не все ладно и он не хочет впутывать меня в эту историю, выпил чаю и убежал.

— Надеюсь, не от нас, — проговорил Артур.

— Он не ожидал вашего визита и выглядел даже обрадованным, что ли, — ответил Кавендиш. — Если бы я знал, чем ему помочь… Что такое стряслось у Эдвина? Мать одолжила у кого-то огромную сумму?

— О, вы знакомы с его матушкой? — хмыкнул Артур.

— Я же говорю, что знаю Эдвина с детства. Конечно, эксцентричные выходки миссис Лоуэлл не заметить невозможно.

— Вероятно, вы еще знаете… — начал было Артур.

— Хорошо, — прервал их Роберт. — О семье поговорим потом, миссис Лоуэлл в этой истории точно не замешана, как, полагаю, и вы, Кайл. Давайте подумаем, куда он мог так быстро побежать. Кроме банков, что еще есть в городе, привлекательное для приезжего?

— Ярмарка, — ответил Артур.

— Сосновый бор, — предположил Кайл.

— Ярмарка началась одновременно с его прибытием?

— Нет, он пришел на день раньше…

— Потому и позволил себе «вздремнуть», — догадался Артур.

— Стойте! — Роберт приподнял ладонь. — Пришел? Не приехал?

— Он пришел не по дороге, постучался в боковое окно, будто дойти до двери сил уже не хватило. Ботинки истоптаны, ноги ободраны, штаны заляпаны… Выглядел так, будто проделал миль двести пешком.

Артур дрожал, предвкушая погоню.

— Похоже, так оно и было. Лоуэлл, предположив, что по дороге догнать кого-то труднее, двигался этому кому-то наперерез пешком.

— А мы неторопливо разъезжаем в комфортных экспрессах и еще чувствуем себя авантюристами, — Роберт развел руками, — не понимая, что наше путешествие всего лишь баловство.

Артур сурово свел густые брови:

— Но почему он не поступил так же? Не поехал на поезде?

— Вероятно, причина самая простая, — Роберт посмотрел на Кайла. — Могло быть так, что у него совсем не оставалось денег?

— А его матушка была там, откуда он… э-э-э… пришел?

— Да.

— Безусловно. Миссис Лоуэлл обладает уникальным талантом высасывать все до последней крошки, — Кайл вдруг покосился на стоящий на камине портрет светловолосой девушки со вздернутым носиком. — Моя невеста кое-чем похожа на нее, поэтому я и сижу здесь, пытаясь упросить банк оформить мне наиболее спасительную для вклада сумму.

— Итак. Похищен ценный предмет. Лоуэлл бросился в погоню, получил по башке, провалялся в кустах, подхватил лихорадку, но нашел в себе силы следовать дальше. Как-то догадавшись, что воры рано или поздно окажутся в Солсбери, он решил двигаться им наперерез и прибыл в город раньше, но тут уже, поддавшись болезни, свалился почти на два дня. Почему Лоуэлл не сомневался в безошибочности своих выводов? В эти дни город живет ярмаркой, значит…

— И нам туда надо, — закончил Артур. — Пойдем же. И… Предлагаю не забирать из гостиницы Кэрри.

— Само собой! — воскликнул Роберт. — Не стоит ей лезть вместе с нами к людям, которые могут не раздумывая дать по башке.

— Возьмите меня, я уже почти совсем собрался! — заявил Кайл.

— Но что нам с вами делать? — хихикнул Артур— Мы преследуем преступников, а вы, поди, и драться не умеете?

Кайл подошел к нему и — они оказались одного роста — ответил:

— Помощь лишнего человека вам в любом случае не помешает.