Кэролайн поняла, что сейчас сойдет с ума. Где цивилизованный мир, где милый отважный Роберт, где власть и порядок? Почему все исчезло, а осталась только эта собачья будка с самовлюбленным павианом, уверенным, что именно ради него Кэрри сюда и пришла?

— Ваши же цыгане знают, что я тут…

— Ранко и Янок? Моя, нет, наша будущая поддержка во всех начинаниях. Они еще по-детски азартны, но, поверь мне, очень умны. Когда мальчишки сказали, что ты уже ищешь меня и скоро будешь здесь, я еле успел переодеться и застелить брачное ложе…

— Цирковой с гирями видел, что я прошла сюда!

— Циркач? — Влад рассмеялся. — Мы охраняем его директора от неприятностей на дорогах, никто из артистов не пойдет против нас.

— Меня будут искать! Мой брат, мой… — Кэрри запнулась, но все-таки решилась выложить еще один козырь. — Мой жених! Они оба в Солсбери и поднимут весь город на уши, приведут роту полицейских…

— Но той тебя, что они будут искать, уже нет! Есть только моя жена, которая сейчас снимет эти гнусные тряпки и переоденется в самые лучшие одежды, что есть среди моих вещей, и никто не признает в ней ту женщину, которую когда-то звали… Даже не буду спрашивать как, мне нет дела до твоего старого имени.

— Меня зовут Кэролайн Аугуста Джайлз, и если я не вступлю в христианский брак, то умру именно с этим именем! — предупредила Кэрри, и Влад с разочарованием и огорчением отодвинулся.

— Умирать не надо, любимая. Я так долго тебя ждал, зачем тебе умирать? Живи, пой, танцуй, люби меня, а я ради нас с тобой сверну горы. Знаешь, мы станем очень хорошо жить, нам все будут завидовать, — мечтательно добавил он.

Кэрри схватила себя за горло и кашлянула. Воздуха не хватало — от «ложа» шел головокружительный аромат, а места за занавесью было столь мало, что девушка понимала: долго сопротивляться она не сможет, вполне вероятно, что в ближайшие минуты она просто-напросто потеряет сознание.

Влад собирался вновь приблизиться к ней, новнезапно остановился, привлеченный резким стуком в дверь.

— Открывай немедленно! — раздался слабый голос, прерывистый, будто его обладатель сильно запыхался.

— Кто это? — скривился Влад.

— Открывайте немедленно, я не отступлюсь!

Влад грациозными движениями подкрался к двери и посмотрел сквозь замаскированную прорезь.

— Сиди там, любимая, — приказал он, — пока я разберусь с этим чужаком.

Кэрри тихо перекатилась с топчана на четвереньки и возблагодарила судьбу за то, что не надела платье: длинная юбка сделала бы ее совсем беспомощной, а в костюме оставалась вероятность прорваться на свободу.

Предательская слабость, дурнота и головокружение по-прежнему мешали девушке ясно соображать, но все-таки, пока Влад отвлечен, кое-что сделать было можно. Забиться в сундук? Но закрыться изнутри нельзя, да и задохнется она там мгновенно. Вооружиться гитарой и разбить ее о кучерявую голову? Вряд ли это остановит крепкого цыгана. Ее руки нащупали ящик с железками: подковы, какие-то скобы, удила… Метать в него? Но ее слабый замах не позволит выполнить удар нужной силы, а вскользь коснувшийся щеки кусок металла только разъярит похитителя.

Но Кэрри не сдавалась и продолжала двигаться вперед — до выхода из кибитки оставалось чуть больше половины.

Тем временем Влад, произнеся несколько слов на своем языке, затаился у входа, приоткрыл дверцу и, дождавшись пробирающегося на полусогнутых ногах гостя, навалился на него всем телом, одновременно выворачивая ему руки и вновь запирая двери.

Кэрри затаилась под гигантской алой шалью с крупными синими цветами.

Пришельцем оказался молодой мужчина, бледный и почти совсем обессиленный.

Он отчаянно скреб ногтями по доскам и обещал немедленно расправиться и с негодяем, и со всем его табором.

Влад, сидя на мужчине верхом, коварно улыбался. Кэрри видела в нем довольного удачной охотой хищника, который готов выпустить когти и вонзить клыки в тело жертвы.

— Этого слизняка ты называла в прошлой жизни женихом, дорогая? — громко спросил он. — Он не может быть твоим братом, совсем не похож.

«Не псих, — подумала Кэролайн. — Он сдвинутый, помешанный на чем-то, но не полный псих. И слова мои о женихе и брате слышал, значит, имеет смысл разговаривать с ним дальше».

— Я не знаю этого несчастного, но вы должны немедленно отпустить его! — ответила она.

— Он мне не нужен, и я с наслаждением вышвырнул бы его отсюда, но боюсь, негодяй снова попытается напасть.

— Да, я не уйду, пока не получу обратно сапфир, гнусный ворюга! — прохрипел молодой человек, извернулся и попытался вонзить в сапог Влада что-то острое.

Цыган резко отдернул ногу и наступил на распахнутую ладонь.

— О-о-о! — выдохнул он, наклоняясь, чтобы разглядеть выпавший из руки молодого человека предмет.