– Не верю, – давясь слезами, выдавила она из себя. – Я запомнила номер машины, в которую меня хотели затолкать, и двух похитителей, – она всхлипнула. – Но милиция даже не пошевелила пальцем…

– И ты решила заняться самодеятельностью. – Антон поставил ногу на ковер. – По меньшей мере глупо. Расстегни меня.

– Почему тогда Гази не арестовали?

– Потому что тогда ситуация выйдет из-под контроля, – сказал Антон. Он специально подбирал термины, которые используются силовиками. – У него заложники. Ты освободишь мне руки или нет?

Качая головой, Вероника стала пятиться к окну.

– Хорошо. Тогда возьми телефон.

– Зачем? – она удивленно захлопала глазами.

– Сейчас ты наберешь номер, который я тебе продиктую, и тебя убедят, что я говорю правду.

– Чей это номер?

– Тебе ответит подполковник ФСБ Линев.

– Может, вы заранее договорились с сообщником об этом? – неожиданно прищурилась она.

– В общем, если ты и дальше продолжишь испытывать мое терпение, я точно приложу все усилия, чтобы твой Макс надолго сел. Думаю, тебе от этого не особо будет приятно.

Девушка нерешительно подошла к Максу, присела на корточки, снова всхлипнула и, ощупав карманы куртки, вынула ключик.

– Только без фокусов, – прежде чем позволить зайти девушке за спину, предупредил ее Антон и на всякий случай огляделся. Тяжелых предметов поблизости не было. Он опасался, что она предпримет попытку двинуть его чем-то по голове. Однако девушка расстегнула браслеты и отошла.

– Принеси воды. – Антон наклонился над Максом, похлопал его по лицу ладошкой.

– М-м-м, – выдавил парень.

Антон торопливо вытащил у него из-за пояса пистолет и сунул себе под куртку.

С кружкой воды в руках вернулась Вероника.

– Давай, приводи его в чувство. – Антон прошел к дивану и сел.

Он демонстрировал Вере отсутствие какой бы то ни было враждебности. Девушка и так была сильно напугана.

Вероника набрала в рот воды и попыталась обрызгать Макса, как это делают, когда гладят белье без марли. Но вместо мелких брызг у нее в разные стороны потекло несколько струек. Остаток воды она смущенно сглотнула, а содержимое стакана просто вылила на лицо и грудь дружка.

Несмотря на трагизм ситуации, это вызвало у Антона улыбку.

Между тем Макс застонал, открыл глаза, подтянул колени к животу и перевернулся на бок.

– Больно? – участливо спросила Вероника.

– У-ух, – выдавил он из себя, пытаясь встать на четвереньки. Неожиданно его блуждающий взгляд остановился на Антоне. Наверное, именно в этот момент сознание парня приобрело ясность.

– Как?

Он сел.

– Что? – Вероника попыталась его поднять, но он оттолкнул ее.

– Ты сняла с него наручники? – С этими словами он стал ощупывать себя. – А где пистолет?

– Оружие я тебе не отдам, – давая понять, что пистолет у него, сказал Антон. – По крайней мере, до тех пор, пока не выясню, откуда оно у тебя.

– Ты кто такой? – с нотками угрозы в голосе спросил Макс.

– Вот дела! Ты незаконно проник ко мне в квартиру, набил морду, держал в наручниках и теперь еще спрашиваешь, кто я такой? Это что, так теперь модно?

Осознав, что действительно находится в глупом положении, Макс потупился.

– Господи! – ужаснулась Вероника, беря его за запястье. – Тебя надо срочно в больницу!

Только сейчас Антон увидел, что кисть правой руки Макса вся в крови, а с кончиков пальцев свисают лоскутки кожи.

– Будешь знать, как взрослых за подбородок лапать.

– Хуже собаки, – с ужасом рассматривая покалеченную руку, поморщился Макс.

– Сядь! – Антон указал взглядом на кресло, в котором недавно сидел сам.

Макс подчинился.

– Фамилия, имя, отчество, – Антон выжидающе уставился в глаза Максу.

– А по какому праву ты меня допрашиваешь?

– Он тоже из милиции, – робко сказала Вера. – Или… Я не поняла…

– Допрашивать тебя будут в другом месте, – на полном серьезе сказал Антон. – Я так, интересуюсь, но настоятельно требую отвечать, потому как ты оказался в моей квартире без приглашения.

Макс молчал.

– Хорошо, – Антон развел руками, – тогда я звоню в милицию.

– Он сам милиционер! – снова вмешалась Вера.

– Тем хуже для него. Правильно я говорю? Начальство за такую инициативу по головке не погладит.

– Сколько раз тебе говорить, Вера? – Макс закатил глаза под потолок. – Я судмедэксперт!