– Еще лучше! А пистолет наверняка из вещдоков взял?

– Конечно. Только привлечь меня за него невозможно. Это предмет, похожий на пистолет.

– Муляж? – догадался Антон.

– Был когда-то похищен из военного училища. – Макс зажал запястье поврежденной руки и поморщился. – Учебный. У него ствол выведен из строя.

– Ясно, – Антон посмотрел на Веронику. – Там в шкафчике на кухне коробка с медикаментами и бинтами. Обработай ему руку.

– Рассказывай, – едва Вероника вышла, снова потребовал Антон.

– Федоров Максим Леонидович. Я с Вероникой… – он замялся. – В общем, знаком уже давно. Поэтому она ко мне сразу обратилась, как все это произошло.

– Что именно?

– В начале месяца ее пытались похитить, – стал рассказывать Макс. – Помог случай. В общем, она сумела убежать, но запомнила машину и людей. Я на следующий день из сводок узнал, что там еще избили одного пьяного парня. Было возбуждено дело. Опера быстро установили личность одного из бандитов. В принципе это несложно. Она только заикнулась, что кавказцы, ей сразу всю базу по городу и показали. Только дальше что-то все затихло. Тут еще выяснилось, что в этот вечер пропал ее отец, – он посмотрел на вошедшую с бинтами Веронику, – и его коллега по работе вместе с дочерью и внуком.

– Профессор Галкин, – кивнул Антон. – Все верно. И ты решил, что ваше руководство умышленно затягивает дело, потому что кормится с руки Гази.

– Вероника места себе не находила, – попытался он оправдаться, но осекся.

– Руку дай! – потребовала девушка.

Макс протянул ей ладонь. Она стала осторожно убирать ваткой кровь.

– Ты стал следить за его офисом, – догадался Антон.

– Да.

– И там увидел нас. Принял за бандитов и упал нам на хвост, – сделал вывод Антон. – Что еще накопал?

– Все, – пожал он плечами.

Однако от Антона не ускользнуло то, как Вероника посмотрела на Макса. Она даже перестала бинтовать ему руку.

– И все-таки… – Антон, не мигая, смотрел на Макса.

– Почему молчишь? – не удержалась Вера.

– Я не верю ему, – неожиданно выпалил Макс.

– Это твои проблемы, – Антон сложил руки в замок. – Только поверь, если мне не понравятся твои ответы или я заподозрю, что ты не до конца со мной откровенен, пожалеешь.

– Хорошо. Только не подумай, что напугал меня.

– И в мыслях не было, просто пообещал, что буду делать больно.

– За день до того, как я выследил вас, мне удалось разговорить одного опера. – Макс шмыгнул носом, словно последний раз взвешивая в голове, стоит или нет до конца быть откровенным.

– И что? – чувствуя, что Макс сейчас скажет что-то важное, Антон подался вперед.

– Он рассказал, что у него есть осведомитель, который работал у одного из авторитетов города в настоящей тюрьме, – стал рассказывать Макс. – Варил решетки и двери. Хоть от него и скрывали, за пять дней он успел узнать, что там держат в заложниках родственников крупных бизнесменов или их самих и проворовавшихся чиновников. В общем, богатеньких людей, которые не в ладах с законом.

– Прессуют и вымогают деньги, – договорил за него Антон. – И что в этой тюрьме еще?

– Он говорит, что, возможно, люди, которых мы ищем, находятся там. Только показать, где это, сварщик не может. Его привезли туда в закрытой машине, а после окончания работ так же вернули в город. Вот если бы найти это место, мы бы решили все проблемы.

– Я знаю, где это. Только брать тюрьму штурмом тяжело и опасно. Могут пострадать заложники.

– Человек, с которым встречался мой друг, рассказал, как проникнуть туда незаметно для охраны. Там оборудованы два подземных хода. Где выходят, он не знает, а вот откуда они начинаются, нарисовал. Одним пользуются каждую ночь. По нему приносят продукты и разную мелочь. Видно, что все из магазина.

– Ты мне рисунок показать можешь?

– Нет, но могу заново нарисовать.

– Давай.

Через минуту на столе лежали листок бумаги и ручка.

У Макса оказалась хорошая память. Он нарисовал расположение помещений. Антон узнал и свою камеру. От угла здания, если смотреть относительно выхода на улицу, один проход вел в лес, второй – на спортивный городок.

– Вот этим пользуются всегда, – Макс ткнул в тот, что располагался в направлении части.

– Понятно. – Антон потрепал его по плечу. – Ты даже не представляешь, как помог!

– Что, теперь докладывать побежишь? – с тоской в голосе спросил Макс. – По сути, я тебе раскрыл серьезные секреты.

– Никто ничего не узнает.

Мажид с трудом открыл дверцу, которая уперлась в ветви кустов, и выбрался из машины. Оглядевшись по сторонам, вернулся на дорогу. Умалат потрогал рукой плечо. Повязка, которую наложил Мажид, сначала намокла от крови, а потом, высохнув, стала давить. Пуля прошла навылет, однако задела кость. Боль не утихала. Наоборот, становилась невыносимой. На каждой кочке приходилось, стиснув зубы, терпеть. Он стал ощущать то прилив жара, то озноб.