И только рассмотрев, его я обратил внимание на то, что в руках он держит конверт.

– Может быть, вы пригласите меня войти, – сказал он, беря инициативу в свои руки.

– Да, конечно же, проходите, я просто не предполагал, что вы знаете, где я живу, и признаюсь, не ожидал увидеть вас в таком виде.

– Сергей Николаевич, позвольте вручить вам это письмо, – и протянул мне конверт.

На ощупь чувствовалось, что конверт изготовлен из какого-то дорогого сорта бумаги. На его лицевой стороне находился только один герб, и была напечатана моя фамилия.

Несмотря на небольшие размеры, этот герб произвел на меня впечатление, наверное, больше, чем все остальное. Дело в том, что благодаря своему невольному увлечению геральдикой я знал, что это герб Ватикана. Этот же герб бы оттиснут на сургучной печати, закрывающей конверт. Я тупо вертел в руках конверт, не зная, что мне делать.

Мой знакомый газонокосильщик пришел мне на помощь:

– Сергей Николаевич, я думаю, что будет не плохо, если вы прочтете письмо, в моем присутствии. Думаю, я смогу дать вам некоторые разъяснения, если у вас возникнут вопросы.

Я молча сломал печать, и вытащить из конверта лист бумаги.

На листе бумаги ручной выработки с золотым обрезом, думаю не водяными знаками, я не решился рассматривать лист на просвет, было напечатано приглашение, посетить Ватикан, и вертится с главой Римской католической церкви. Под текстом стояла подпись Папы.

Я дважды пересчитал текст письма, в котором мои имя и фамилия были отпечатаны типографическим способом. Ни одного вопроса мне не приходило в голову, правда, не потому что я все понял, а совершенно по обратной причине. Вопросы можно задавать, когда ты чего-то недопонимаешь. А я не понимал вообще ни чего, то есть. Я просто не знал, о чем спросить.

Видя мое состояние пришедшей, газонокосильщиком я даже про себя не смог его больше называть сказал:

– Сергей Николаевич, насколько я понимаю, у вас сейчас, как раз время прогулки с собакой и если вы не будете возражать, я хотел бы составить копанию вам во время этой прогулки.

Сказано это было столь вежливо и убедительно, что я понял – надо срочно брать Стена и идти гулять. Очевидно, существуют вещи, о которых лучше не говорить возле стен. Мы все вместе вышли и молча пошли по нашему, со Стеном маршруту.

Когда мы уже достаточно удалились от людей и вышли в лесную зону, мой знакомый первым продолжил разговор.

– Сергей Николаевич, позвольте спросить, вы по-прежнему владеете серебряной пластиной украшенной гербом тамплиеров и вторым гербом, происхождение которого вы пытались выяснить.

– Да, и вы простите меня, если это ваша собственность – сказал он с нажимом, – это не только мое мнение, но и результат нескольких теологических споров. Да, вы уж меня простите великодушно, я не представился.

Он слегка наклонил голову и произнес:

– Кардинал Анджеко Агренти, к вашим услугам, – затем, улыбнувшись, добавил, – мне бы было приятно, если бы вы обращались ко мне, используя, только имя Анджело.

– Кардинал, простите сеньор кардинал, – я безнадежно запутался.

– Просто Анджело, без каких-либо дополнений.

– Тогда и вы называйте меня Сергеем, но прежде, ответьте на главный для меня вопрос, – он заинтересованно поднял на меня глаза, – я сошел с ума?

Смеялся Анджело заразительно и долго.

– Сергей, думаю, вам это не грозит, скорее уж все окружающие с него сойдут, кстати, – он подмигнул мне, – некоторые уже очень близки к этому.

– Анджело, но я и Папа, я не представляю, чем могу быть ему интересен. Я не только не верующий и ни когда крещеный, но еще и русский по национальности. В довершение ко всему я ведь не государственный деятель.

– Положим, встреча с Папой будет зависеть полностью от вашего желания, но, наверное, надо по порядку, а то вы, действительно, возьмете и сойдете с ума от вредности. Давайте, я вам сегодня в общих чертах обрисую картину, а подробно мы поговорим обо всем уже в Риме.

Некоторое время мы молча шли по дороге. Я любил здесь гулять. Это заасфальтированная дорога, проходящая по склону горы. Замечательным в ней было то, что туристы предпочитали подниматься на вершину по тропам, лишь пересекал ее, а кроме как на вершину дорога эта никуда не вела. Построили же ее во время войны, когда Гитлер собрался посетить вершину. Если быть точнее, как и сегодня уверяют астрологи и загадологи, на вершине этой горы находится центр сосредоточения сил космической и земной энергии и в том случае, если в точку этого сосредоточения сил входит великая личность, то происходит некая настройка всех этих силовых линий на эту личность. Когда мне начали объяснять эту историю, то ровно через пять минут я понял, что тупость моя не имеет границ и все остальное, выслушав из вежливости, не пытался ни осознать, ни запомнить. Тем не менее, теория эта привлекла внимание очень увлеченного астрологическими теориями Гитлера. И к его визиту по склону горы была проложена заасфальтированная дорога серпантином поднимающаяся к вершине. Несмотря на то, что никто не занимался ее поддержанием, она находилась в превосходном состоянии. Машинам въезд на нее был запрещен.