– Мы разговаривали, - пристыжено объясняет секретарь, - и вдруг услышали какой-то звон. Потом еще. Мы и вышли посмотреть.

Только теперь я замечаю в его руке тяжелую старинную статуэтку девушки, всегда стоявшую в нише холла второго этажа. Ничего себе, оружие он себе нашел! Да этим сразу убить можно!

– Отнеси девушку назад,- командую ему, - и пойдем, посмотрим, кого нам принесло. А завтра напомни, чтобы я научил тебя пользоваться усыпителем и камерами.

Пока мы разговаривали, роботы положили незнакомца на коврик у камина и отправились доделывать прерванное задание. Наученный мятежником, беру кочергу и отбрасываю капюшон с лица лазутчика. Где-то я уже видел эту физиономию. Причем недавно.

– Бамет!
– срывается с губ Фарины.

Трик согласно кивает головой, да я и сам уже узнал его незадачливого друга. Похоже, этот парень решил не оставлять меня в покое, пока не отомстит за смерть изобретателя. Вот только, что мне теперь с ним делать, ума не приложу. Безусловно, нужно для начала допросить, и лучше прямо сейчас.

– Фарина, дайте мне, пожалуйста, браслет, - прошу кухарку.

– Вот!
– торопится она снять безделушку.

Надев браслет Бамету на руку, тихонько диктую в свой мику необходимые указания. Теперь нужно немного подождать, организм должен выходить из шока постепенно.

– Доктора будить будем, как думаешь, Рикен?!
– задумчиво спрашиваю секретаря, наблюдая, как щеки нарушителя начинают розоветь.

– Я считаю, не нужно.
– Неожиданно твердо заявляет он и добавляет, слегка помедлив, - Да и мама пусть идет отдыхать, ей ведь рано вставать.

– Как скажешь, - соглашаюсь я - а вот мама пусть сама решает.

– Я, пожалуй, останусь, - вопросительно посматривая на меня, неуверенно бормочет она.

Бамет открывает еще слегка затуманенные глаза, и некоторое время недоумевающе разглядывает комнату. Наконец, что-то сообразив, резко садится и обнаруживает нашу живописную компанию. Напряженно рассматривает нас, переводя взгляд с одного на другого, затем, сконцентрировавшись на моем лице, внимательно его разглядывает, покачивая головой. И, наконец, уверенно заявляет, тыча в меня пальцем:

– Я не вас хотел побить! То есть, хотел вас, но там были не вы!

А голова - то у парня работает. Только что мне с этого?!

– Почему ты так думаешь?!
– Строго спрашиваю его, сделав Трику знак молчать.

– Встаньте!- требует нахальный гость.

Ну, встал. Он встает напротив и кивает головой.

– Все правильно. Тогда, вгорячах, я не сообразил, тот был ниже меня, немного, но ниже. А вы выше. И плечи у вас пошире.

Я сажусь на своё место и киваю ему на стул.

– Садись. Ну и что, теперь ты пришел, чтобы побить меня?!

– Я пришел разобраться, - твердо глядя мне в глаза, заявляет Бамет.

Что-то новенькое в практике разбирательств.

– Разве днем нельзя было разобраться?!- недоверчиво бурчу я.

– Вы можете думать, что я сумасшедший, но если бы я пошел к вам днем, люди бы обязательно это заметили.
– Пытается объяснить он.

– Ну и что?- не понимаю я, и вдруг догадываюсь.
– Или ты боишься того, что могут про тебя сказать?!

– Я никого не боюсь!
– Вздернув голову, отрезает Бамет.
– Я шел к вам тайно совсем не поэтому!

– Тогда почему?!
– Напрямик спрашиваю я.

– Я не могу при госпоже Фарине!
– Вздохнув, признается он, стараясь не встречаться с нею взглядом.

– Тогда я пойду отдыхать, мне, в самом деле, рано вставать.- Поднимается кухарка.

– Идите, - согласно киваю я, - только рано вставать не обязательно. После сегодняшней ночки я собираюсь спать до обеда!

Несколько минут после ее ухода Бамет мнется, собираясь с духом, и вдруг выпаливает, уставясь мне в глаза:

– Скажите, Трик жив?!

Все что угодно ожидал я услышать, кроме этого вопроса. От неожиданности я даже растерялся, и, наверное, это отразилось у меня на лице. Впрочем, я никогда особенно не умел скрывать свои чувства, по утверждению Тези.

– И почему ты так решил?- осторожно спрашиваю непрошенного гостя.

– Это ведь он был, да, там, у забора?!
– не столько спрашивает, сколько утверждает Бамет.- Я потом все вспомнил, как хотел его ударить и вдруг увидел руки. Мы вместе мастерили один приборчик, когда он нечаянно капнул на руку раскаленное железо. Шрам такой заметный остался, я его наизусть помню. Я растерялся, а он замахнулся так неловко, что я чуть не рассмеялся, хотел отстраниться и вдруг он ударил левой. Когда я в себя пришел, сразу вспомнил, это был любимый прием Трика. Он левша.

Слушая этот рассказ, я замечаю, как Трик незаметно прикрыл правую руку. А он действительно стал осторожнее за эти сутки. И меня это радует. Но как же быть с Баметом?

– Тебе могло показаться.
– Проверяю я парня на прочность.

– Нет.
– Уверенно качает он головой.
– А потом, когда я узнал, что вы взяли мать Трика на работу, понял, что не ошибся. Я сейчас следил за ней, она смотрит на вас с обожанием.

– Не такой уж я старик, чтобы женщина не могла смотреть на меня с обожанием!
– притворно возмущаюсь я.