Юсси с сомнением сказал:

– Да разве в этой стороне Кийхтелюс?

– В этой…

– Да нет же!

– Сиди спокойно, – снова приказал полицейский. – Никакого Кийхтелюса не нужно тебе, а нужно то, что здесь у нас для тебя приготовлено.

В то время в должности начальника полицейского участка был некий Антти Тахванаянен, старший сын купца из Аккала.

Вообще как полицейский он был довольно добродушный человек. Он умел по-человечески обращаться с подчиненными, потому что в студенческие годы ему довелось узнать, что такое полицейский участок, По этой причине он, так сказать, освоил свою профессию. И даже недавно, переодетый в штатский костюм, ездил в Выборг – обследовать состояние полицейских учреждений.

И хотя он и был известен своей мягкосердечностью, однако его терпение иссякло, когда он снова увидел в своем заведении наших липерцев.

– Ах, это вы опять тут? – раздраженно крикнул Тахванайнен.

– Да, это мы, – подтвердил Юсси сей неопровержимый факт.

– Чего вы опять пришли?! – вскричал Тахванайнен.

– Пришли потому, что нас привели.

– Привели… Какой леший вас сюда привел!.. Небось сами сюда пришли, подлецы! – орал начальник участка.

Юсси вспылил и сказал ему:

– Вот и врешь, что мы сами пришли. Это он нас привел.

– Кто он?

– Полицейский. Спроси у него, и он подтвердит, что вас привели сюда насильно, – сказал Юсси.

Все более раздражаясь, полицейский чиновник спросил:

– А что вы опять натворили?

– Ничего.

– Ничего, ничего, – передразнил чиновник. Юсси повторил:

– Ничего не сделали мы такого. Только лишь сидели в телеге и ехали.

– Ехали, ехали… Нечистая ваша сила!.. А куда вы ехали?

– Ехали в Кийхтелюс… И были совсем трезвые, – бойко ответил Юсси, так как он был уверен в правоте своего дела.

Некоторое время начальник участка молча шагал, заложив за спину руки, потом вдруг гаркнул опять:

– А вы знали, чья это была лошадь?

– Нет, – ответил Юсси. И Антти добавил:

– От какого лешего мы могли бы знать, чья она?

– А вот я вам покажу, от какого лешего знать… Да врете вы, знали…

– Не знали, говорят вам! – ответил Антти. А Юсси с твердостью сказал:

– Посудите сами, откуда мы могли знать? Или, по-вашему, у лошади это написано на морде или под ее хвостом?

– Ну, значит, вы украли эту лошадь!

– Это ложь! – вскипел Антти. И Юсси добавил:

– Это грязная ложь, как хвост у коровы! В моем собственном хлеве день и ночь ревут у меня пятнадцать дойных коров! И молока у меня столько, что я согласен даже и тебя молоком поить. Мне не требуется красть чужих лошадей.

Начальник полицейского участка скрипел зубами от злости, но сдерживал себя Некоторое время помолчав, он высморкался и стал продолжать допрос:

– А вы куда ехали на этой лошади?

– В Кийхтелюс.

– В Кийхтелюс… Врут и не краснеют… А что за дело у вас там, если вы сами из Липери?

– Мы ехали в Кийхтелюс. А если не веришь, так спроси у Ихалайнена, – упрямо ответил Юсси.

Полицейский чиновник пришел к мысли, что эти липерцы – крупные жулики. Он опять задал вопрос:

– Что за дело у вас было в Кийхтелюсе?

– Так ведь кобыла ушла туда! – нетерпеливо крикнул Антти. А Юсси поспешно добавил:

– Та самая, которую я у Кеттунена выменял.

Нет, полицейский не мог разобраться в этом сложном деле. Уже измучившись, он спросил:

– А за каким чертом ваша кобыла ушла в Кийхтелюс?

– Так ведь мальчишки ударили ее хлыстом, и она тогда побежала туда, – ответил Юсси.

Полицейский терял остатки своего терпения. А тут еще поросенок опять завизжал в мешке. Полицейский чиновник рявкнул:

– Это что у тебя там в мешке?

– Поросенок.

– Поросенок… Откуда у тебя этот чертов поросенок?

– От свиньи… поросенок… Начальник полицейского участка спросил:

– А что, он тоже ворованный? Юсси с достоинством ответил:

– Да нет, что вы? Вдова Макконена знает, что это наш собственный поросенок. Иди спроси ее, если нам не веришь. Кайса сама кормила его простоквашей. И может подтвердить это.

После продолжительного допроса начальник участка Тахванайнен смог выяснить лишь одно обстоятельство – что вдова Макконена хорошо знает этих двух липерцев. И по этой причине Тахванайнен приказал назавтра вызвать на допрос Кайсу в качестве свидетельницы. Ихалайнена же и Ватанена он велел отвести в камеру.

Юсси было запротестовал и сказал, 'Что он в камеру не пойдет.