— Опусти меня на землю! Я не могу находиться рядом с тобой! Мы с тобой враги!

— Где твоя карета? — спросил он, нахмурившись.

— Ты самоуверенный осел! И ты очень ошибаешься, если думаешь, что спас меня! Я бы и сама управилась с лошадью! — закричала Велвет.

— Никогда не сомневался в твоих способностях управляться с лошадьми. Однако не мог не усомниться в твоих умственных способностях, когда увидел, как ты бросаешься в обезумевшую толпу. Так где же твоя карета? Отвечай скорее, поскольку я не буду спрашивать дважды!

— Мы оставили ее у Савойского дворца, — проворчала Велвет. — Я сохранила твой гнусный секрет, не стала говорить о твоей связи с «круглоголовыми». Но теперь Кристин и мистер Берк собственными глазами увидят, кто ты такой!

Грейстил повернул лошадь в сторону реки. Затем пересек лужайку и стал спускаться по склону к набережной Темзы.

У Йорк-Хауса Велвет сделала попытку удрать от него — скользнула с лошади и побежала во все лопатки. Но он тут же соскочил с лошади и, догнав ее, подхватил на руки. После чего снова усадил в седло впереди себя. В конце концов они добрались до Савойского дворца, где стояла карета леди Кавендиш. Грейстил тут же усадил Велвет в экипаж, и мистер Берк, взглянув на него, сказал:

— Спасибо Господу, милорд, за то, что вы нашли ее.

— Господь здесь ни при чем, — проворчал Грейстил. — Просто ее рыжие волосы полыхали посреди толпы как факел. — Понизив голос, он добавил: — Завтра я отправляюсь на север.

Мистер Берк кивнул:

— Желаю удачи, милорд.

Эдинбург, Шотландия

— Когда я уезжал, в Лондоне царил хаос, — сообщил Грейстил. — Генерал Ламберт разогнал парламент, а армия настроила против Ричарда Кромвеля чернь, чтобы тем самым вернее добиться его ниспровержения.

— Ну, толпа — это не народ, — заметил Монк. — Так что же говорят люди?

— Говорят, что военное правление — истинная чума для всех. И почти все возмущены разгоном парламента. Лондонские подмастерья и школяры начали сбор подписей под петицией протеста и уже собрали более двадцати тысяч подписей. Они пытались передать свою петицию в Гилдхолл в тот день, когда я уезжал, но конные солдаты помешали им сделать это. А солдаты стреляли в толпу, Полагаю, настало время для решительных действий с вашей стороны, генерал.

— Возвращение к парламентскому правительству — совершенно необходимый шаг в данной ситуации, — сказал Монк. — Я постараюсь убедить в этом офицеров армии. Мои войска и я ясно дадим понять, что мы за возвращение депутатов парламента в свое привычное обиталище.

— А может, выступить с заявлением в пользу реставрации монархии?

— Нет. Еще нет. — Монк покачал головой. — Пока мое письмо дойдет до Лондона, генерал Ламберт успеет направить свои войска на шотландскую границу, чтобы противостоять мне. Но несомненно, будет разбит, — с невозмутимым видом добавил Монк. — Расскажите, как Карлу Стюарту удалось перевезти свой двор в город Бреда в протестантской Голландии, не вызвав раздражения испанцев?

— Он просто сказан им, что хочет навестить свою сестру Мэри. И знаете, генерал… — Монтгомери понизил голос: — Генерал, если вы поддержите Карла Стюарта всеми своими силами, он непременно назначит вас главнокомандующим.

— Когда я разобью Джона Ламберта, то и так стану главнокомандующим, — заметил Монк с усмешкой.

— Но его величество готов также пожаловать вам титул, — продолжал Грейстил.

— Он присовокупит к графскому титулу и соответствующие земельные владения, не так ли?

— Да, возможно. Вообще-то он готов предложить вам герцогство. — Монтгомери сунул руку в карман куртки и извлек оттуда лист бумаги. — Вот соответствующий документ. Уже подписанный, между прочим.

Монк тут же протянул руку к бумаге, и Грейстил понял, что ему удалось подцепить генерала на крючок.

Чтобы не терять попусту время, лорд Монтгомери поднялся на борт голландского торгового судна в шотландском порту Лейт и добрался до Бреды через два дня после того, как распространилось сообщение о том, что протекторат Ричарда Кромвеля прекратил свое существование.

— Мои родственники отмечают падение протектората Кромвеля, но без парламента Англия обречена на военное правление, — говорил Карл Стюарт, тут же назначивший Грейстилу аудиенцию.

— Это будет продолжаться недолго, сир. Монк отправил в Лондон заявление, осуждающее действия Ламберта. Он знает, что это заставит генерала Ламберта выступить в северном направлении. И Монк со своими войсками готовится в ближайшее время пересечь шотландскую границу.

— Жизнь научила меня тому, что военное счастье переменчиво.