Ракель спросила у Милоша:

— И что же случилось в тот раз?

— Был один вампир — он называл себя Стиганд, — который сумел их раззадорить и заставил сбиться в банду. Этот был очень опасный. — На лице Милоша появилась холодная усмешка; он относился к опасности совершенно не так, как большинство обычных людей. — И возглавил нападение. В тот день они убили многих отличных бойцов и полностью уничтожили нашу прежнюю штаб-квартиру. Ну, Элиза его, конечно, достала — облила бензином и подожгла из огнемета. — Фыркнув, он добавил: — Слышали бы вы, как он орал!

Меня затошнило, и я отвернулась от Милоша и Ракель. Не знаю, пыталась ли я скрыть отвращение или просто не хотела видеть, как они радуются смерти вампира. Сначала я даже перестала замечать, что происходит вокруг, но дрессировка Черного Креста дала о себе знать, и я начала невольно оценивать проходивших мимо людей.

И очень быстро сообразила, что знаю человека, стоящего через дорогу. Он приснился мне ночью.

Теперь я вспоминала все в подробностях: мы с Лукасом находились в кинотеатре (полусон-полувоспоминание о нашем с ним первом свидании). Но кинотеатр был уже не таким роскошным, с плюшевыми сиденьями, а полуразвалившимся и замусоренным, обивка на сиденьях порвалась, на экране — пусто. Я отчаянно озиралась в поисках Лукаса, но вместо него увидела вот этого человека с рыжевато-каштановыми дредами.

Ко мне подплыл призрак и шепнул: «У вас двоих есть общие друзья».

Во сне человек был мне незнаком, а сейчас он стоял передо мной.

— Вон там, — шепнула я. — Это… это он?..

— В смысле — вампир? — Ракель с интересом глянула на него, Милош тоже.

Сердце мое упало. Я что, показала охотникам вампира? Вампира, шедшего мимо них незамеченным? И сейчас его из-за меня убьют?

Однако вампир, похоже, чувствовал себя прекрасно. Он зашел под темно-зеленый навес одного из зданий, кивнул швейцару и скрылся внутри, оказавшись в безопасности у себя дома.

Я облегченно выдохнула, но слишком громко. Милош неодобрительно посмотрел на меня:

— Не хочешь сражаться? Тогда ты выбрала себе не ту группу.

— Не цепляйтесь вы к ней, — сказала Ракель. — Нам все еще страшно, понимаете? Со временем мы тоже станем крутыми.

— Может, ты и станешь. — Милош все еще смотрел на двери дома. — Нужно будет установить тут наблюдение. А пока пойдемте проверим переулки, поглядим, кто еще тут шляется и не торопится домой.

Мы продолжали прочесывать окрестности, и, к моему огромному облегчению, нам с Ракель удалось отделаться от Милоша. Ракель все восторгалась тем, какая я умная, что заметила вампира, и я все сильнее чувствовала себя предательницей.

Желая сменить тему, я наобум ляпнула:

— Слушай, а где вы вчера были, когда мы вернулись? Элиза вас искала.

— О! Мы с Даной…

— Вы с Даной что?

Ракель замолчала. Совсем на нее не похоже — избегать простого вопроса. Я обошла даму, тащившую в каждой руке по три больших пакета, и повторила:

— Вы с Даной что?

— Мы с ней уходили. Вдвоем. Хотели остаться… ну, наедине.

Я пожала плечами — подумаешь, большое дело!

Тут я заметила неуверенность на лице Ракель и отблеск надежды в ее глазах, и до меня дошло, что я, пожалуй, самый слепой человек на свете!

— Ты и Дана?..

— Я и Дана. — Ракель просияла буквально на долю секунды, словно дольше улыбаться просто не могла, но такой счастливой улыбки я у нее никогда не видела. И тут же на ее лицо вернулась неуверенность. — Но ты же не будешь из-за этого чувствовать себя неловко?

— Немного, — призналась я, — но только потому, что ты ни разу об этом и словом не обмолвилась. После всего того, что мы друг другу рассказывали, могла бы сказать и об этом.

— Ну, никогда не угадаешь, кто как к этому отнесется. Тем более ты все время пыталась свести меня с парнями.

— Я пыталась свести тебя с Виком. С одним парнем, никакого множественного числа. — У меня немного кружилась голова, зато разговор о любовной жизни Ракель отвлек ее — и меня тоже. — Я даже и не догадывалась.

Ее губы изогнулись в ироничной улыбке.

— Ну привет! И типа не замечала, что мужчины меня вообще не интересуют?

— Не хочу мыслить стереотипами.

— А при чем тут «мыслить стереотипами»? Уж скорее — просто вообще ни о чем не думать.

— Ну ладно, если ты хотела, чтобы я почувствовала себя полной дурой, тебе это удалось.

Мы какое-то время молча смотрели друг на друга, а потом расхохотались. Я крепко обняла ее за плечи и потом не меньше получаса выслушивала, какая Дана красивая, потрясающая, умная и офигительная. И хотя я полностью была с этим согласна, от меня ничего не требовалось, кроме как улыбаться, кивать и радоваться за Ракель. Довольно простое дело.

Интересно, а Лукас об этом знает? Может, и да, по крайней мере подозревает. Они с Даной довольно близки. Кстати, это еще один из десятка вопросов, которые мы пока не успели обсудить.