— Хэ-хэ-хэ, Василек. Наконец-то мы слышим признание насчет темечка. Кстати, состоять с ним в браке — это значит состоять на учете в психиатрическом диспансере.

— Состоять в браке, сын, это значит интеллигентному человеку беседовать с дружинниками по поводу разбитой тарелки в собственной квартире.

— Интеллигентный человек, Василек, не будет бить тарелку из сервиза, а разобьет тарелку подешевле.

— Интеллигентный человек, сын мой, будет бить именно ту тарелку, которую ему наденут на голову.

— Ни одна женщина, Василек, не утерпит, когда ее макароны назовут веревками.

— А мужчина, сын мой, обязан их жевать, хотя второй год просит испечь блинов.

— В былые времена, Василек, если мужчина хотел блинов, то ехал на мельницу за мукой.

— У меня, сын мой, нет лошади, чтобы поехать на мельницу…

Длинный звонок прекратил нарастающий распад семейных альфа- и бета-частиц. Папа открыл дверь. На пороге стоял Вася.

— Как?! Разве ты вышел? — удивился папа, судорожно завязывая галстук.

— Куда ты выбегал? — спросила мама, надевая шляпку.

— Я из школы — четыре урока было. Мам, обедать будем?

Молодые супруги Теперины прожили два года, но детей не имели по той причине, что от них много пыли.

Однажды они заскучали. В кино уже ходили, телевизор показывал симфонии, а ужинать было еще рано. В общем, заскучали. Грибов замариновали, из них банку съедобных, челышей. Впереди было два выходных. Капусты нашинковали бочонок и под камень положили, и на камне написали «Капуста кислая». Какое-то межсезонье: в футбол уже не играют, в хоккей еще не начали — вот симфонии и показывают. Варенья плодоовощного сварили три пуда, правда один пуд прокис — сахару пожалели.

По всему по этому Лариса (жена) включила третью программу и начала смотреть передачу для домохозяек «Как варить шелкоперых рыб, двоякодышащих». А Те-перин подошел к окну и посмотрел туда. Оттуда, с панели, на него глядел шерстистый пес. Он заинтересованно вилял хвостом, словно Теперин был не молодой мужчина, всего насоливший и насушивший, а его знакомый кот.

— Лара, — радостно ожил Теперин, — нам надо завести собаку.

Жена выключила шелкоперых рыб, двоякодышащих.

***

Супруги Теперины вошли в Клуб собаководства, весело подталкивая друг друга.

— Садитесь, — строго предложила старая женщина в очках и закрыла иллюстрированный журнал «Собачья жизнь».

— Да нам только собачку купить, — сказал Теперин, усаживаясь из вежливости.

Женщина усмехнулась, и ее громоздкие очки встали на переносице дыбом.

— Держание собаки, молодые люди, ответственное дело. Мы еще не каждому продаем. Это не коровой обзавестись.

— Да нам не корову, — разъяснила Лариса. — Нам собачку.

— Корову и ставить некуда, — поддержал супругу Теперин. — А вы разве коровами торгуете?

— Мы заинтересованы, чтобы собака попала в хорошие руки. — Женщина поправила очки, не ответив на вопрос, но задала свой: — Сколько человек в вашей семье и какие жилищные условия?

— Нас только двое, — сообщила Лариса. — Квартира двухкомнатная, отдельная, с санузлом.

— Учтите, что на кухне собаке жить нельзя, — предупредила женщина.

— Не беспокойтесь, — заверил ее Теперин. — Да и кухня занята.

— Чем занята? — подозрительно спросила женщина.

— Там теща живет, — сообщил Теперин.

Видимо, в таких случаях и говорят, что у человека

глаза долезли на лоб, — только у женщины полезли на лоб очки.

— Вы же говорили, что вас двое? — удивилась женщина.

— Двое и есть, — подтвердил он, ничего не понимая. — Два человека и теща. Да вы не беспокойтесь. Где оно захочет, там и будет жить.

— Кто… оно? — еще подозрительнее спросила женщина.

— Псина, — объяснил Теперин.

— А теща животных любит? — мрачновато поинтересовалась собаковедка.

— Кто ее знает, — неопределенно ответил Теперин.

— Конечно, любит, — заступилась за мать Лариса.

— А помнишь, как она меня бидоном огрела? — не согласился муж.

— Так ты же человек, — резонно возразила жена. — А животных она уважает.

— Ну, хорошо, — перебила их спор женщина. — Какие у вас материальные условия?

Теперин приосанился и набрал в грудь воздуха ровно столько, чтобы он вытолкнул из-под расстегнутого пиджака десятирублевый яично-широченный галстук. Лариса скрипнула кримпленовым платьем.

— Хватает. Капусты насолили и под камень положили, — сообщил Теперин.