— Отлично. Тогда нам просто нужно держать дверь закрытой.

— И следить за тем, чтобы я случайно не заснула?

— Мы что-нибудь придумаем. Дело в том, что тебе просто необходимо выбраться отсюда и вернуться в свое тело. Я потратила на твое исцеление всю свою энергию не для того, чтобы ты хорошо выглядела в гробу.

Как и планировались, эти слова шокировали Дайану и вывели ее из апатии.

— Черт, ты можешь быть жестокой.

— Когда дело касается спасения друзей, конечно.

Она втянула Дайану в другой переулок и медленно двинулась вокруг здания. Быстро оглядевшись, она увидела фальшивого Квентина.

— Хорошо, он на расстоянии квартала от нас, и продолжает удаляться. Нам должно хватить времени, чтобы выбраться.

— Ты пока не можешь уйти.

Холлис остановилась, а затем посмотрела на Брук.

— Откуда ты появилась? Неважно, неважно.

— Дайана пока не может уйти. Ей необходимо раскрыть правду.

— Ей необходимо вернуться в свое тело, — сказала ей Холлис.

— Нет, — проговорила Дайана. — Брук сказала мне когда… когда в меня стреляли, что я попала сюда, чтобы раскрыть правду. Если таково правило, я не могу уйти пока не сделаю этого.

Холлис подавила вздох нетерпения и проворчала:

— Хорошо, это больше твой мир, чем мой. Какую правду? — Она еще раз быстро выглянула из-за угла, чтобы убедиться, что Сэмюель-Квентин все еще удаляется от них.

Дайана посмотрела на проводника.

— Я знаю правду своих отношений с Квентином — не отрицаю их и не желаю больше от них прятаться.

Она посмотрела на свою руку, все еще ощущая его хватку.

— Это одна правда, — сказала Брук.

— Следующая правда: смысл расследования — Сэмюель. Не только здесь, но и в мире живых.

— Что? — спросила Холлис.

Дайана кивнула.

— Снайпер — его человек. Может, все это было спланировано прежде, чем Сэмюель умер, а может, он способен управлять событиями при помощи связи, которую установил еще при жизни. Именно поэтому в меня стреляли. Сэмюель понял, что это самый быстрый способ заполучить меня в серое время. Открыть дверь.

— Сукин сын, — решительно проговорила Холлис. — Я даже представить не могла, что он может оказывать на тебя воздействие или явится за тобой — я имею в виду, подобным образом — он всегда так боялся медиумов.

— Пока ему не потребовался один, чтобы выбраться отсюда.

— Ирония. Или просто извращенный юмор вселенной. Миранда и Бишоп знают об этом?

— Представления не имею.

— Это две правды, — проговорила Брук.

— Три, — запротестовала Дайана. — Ты сказала, что одна правда была в том, почему в меня стреляли.

— Тогда три. Осталось еще две правды. Правда, кто пытается тебя обмануть, и правда, скрывающаяся за всем этим.

— Господи, — пробормотала Холлис. — Дайана, мы должны поторопиться. Я совсем не уверена, что могу довести нас до двери, не говоря уж о том, чтобы провести через нее, но у меня есть подозрение, что Риз очень скоро вытащит меня отсюда. Ты тоже должна быть готова уйти.

Дайана сильней оперлась на холодную кирпичную стену за спиной, пытаясь не показать, как тяжело ей дышать, и как она ослабла.

— Кто пытается меня обмануть. Я не знаю, кто пытается меня обмануть. Это ты, Брук?

— С чего бы я хотела тебя обмануть, Дайана?

— Я не знаю. Возможно… чтобы защитить ту ужасную правду, которая скрывается за всем этим.

Холлис посмотрела на нее и неожиданно нахмурилась.

— Правда, скрывающаяся за всем. Черт, теперь я знаю, почему эти слова показались мне знакомыми. Андреа постоянно повторяла, что я должна ее найти.

— Дух Андреа?

— Да. Именно так она и сказала. Правда, скрывающаяся за всем этим.

— То есть ты думаешь… они говорят об одной и той же правде?

— Да. Она сказала, что все связано.

Дайана посмотрела на Брук.

— Ты сказала то же самое.

Брук продолжала молчать.

— Ага, — проговорила Холлис. — Все связано. А это значит, что Андреа связана не со мной, а с делом Сэмюеля. Она не показывалась до начала этого расследования, пока мы не последовали за ручным монстром Сэмюелем из Бостона в Вентуру.

Дайана покачала головой.