В следующее мгновение он освободил ее запястье и поднялся на локти, продолжая спокойно наблюдать за Холлис.

— Срикошетила?

— Да. Я прилагаю усилия, а твоя энергия давит назад. — Она внезапно нахмурилась. — И почему, между прочим… То есть, почему ты пытаешься защитить меня?

— Я все думал, когда ты спросишь об этом. — Демарко положил руку ей на затылок и притянул к себе достаточно близко, чтобы поцеловать.

Их первый поцелуй едва ли можно было назвать нежным, скорей Демарко заявлял на нее свои права. И к тому моменту как он закончился, у Холлис не оставалось сомнений, чего именно хочет Риз.

— Еще какие-то вопросы? — Его голос звучал немного хрипло.

Холлис остро ощущала движение его пальцев на своей шее и твердость его плеча под своими сжатыми пальцами. "Вау", — подумала Холлис, но ей хватило здравого смысла, не сказать этого вслух.

Только вот он телепат и…Черт побери.

— Хм… это было крайней внезапно, — услышала она свой глупый лепет.

— Не совсем. Мы познакомились много месяцев назад.

— Да, но… мы не… то есть… Ты никогда ничего не говорил.

— Я говорю кое-что сейчас.

Пытаясь не ляпнуть в ответ очередную глупость, она задумалась, и, наконец, проговорила:

— Думаю, над твоим чувством времени стоит немного поработать.

Демарко слегка улыбнулся.

— Никогда не бывает подходящего времени и места. Холлис. Если с кем-то из нас что-нибудь случится, то я не хочу походить на Квентина, и жалеть, что не выговорился, когда был шанс. Поэтому я говорю прямо сейчас. Тебе нет необходимости отвечать, но я хочу, чтобы ты знала, что я крайне заинтересован… В тебе. В том, чтобы быть с тобой.

Холлис колебалась, ощущая, как часы, запущенные Андреа, тикают в ее голове, неумолимо отсчитывая оставшееся время. Однако, она должна была кое-что сказать. Вероятно, он уже знал, но…

— Риз, сказать, что у меня огромный багаж — это ничего не сказать.

— С этим все в порядке. Багаж меня не беспокоит. Это делает нас теми, кто мы есть.

Холлис попыталась вновь.

— После того, что со мной случилось, я даже не знаю, смогу ли нормально реагировать на мужчину.

Она ненавидела делать признания, но подумала, что, вероятно, он уже и сам все знает.

Риз вновь привлек ее к себе, но в этот раз поцелуй длился намного дольше.

Когда она вновь смогла дышать, Холлис пробормотала:

— Хорошо, может это и не будет такой уж проблемой.

На губах Демарко все еще играла легкая улыбка, только теперь в ней было нечто чувственное.

— Вероятно, не будет. Но тебе нет нужды беспокоиться. Я не буду давить на тебя.

— Да? — Она судорожно рассмеялась. — И когда начнется эта часть «Я не буду на тебя давить»?

— Прямо сейчас. — Он поцеловал ее еще раз, быстро, но крепко, затем отпустил и поднялся с кровати. Совершенно нормальным голосом он проговорил: — Если хочешь помочь Дайане, думаю, нам обоим нужно некоторое время — чтобы принять душ и что-нибудь перекусить.

— Но…

— Тебе нужна энергия. Холлис. Топливо. Дайане не будет от тебя никакой пользы, если ты свалишься в обморок, потому что не ела больше суток. А может и двух.

Холлис возмущал его спокойный голос, тем более, что сама она была не в состоянии придерживаться такого тона. Ей казалось, что она до сих пор задыхается и взволнованна. И полна безумных вопросов.

— Сейчас утро или вечер?

— Вечер. Все еще четверг. Давай.

Холлис приняла протянутую руку, ощущая легкую панику и куда более сильное чувство — неизбежность.

Некоторые вещи должны происходить так, как они происходят.

Если она чему-то и научилась в ООП, так именно этому.

Вашингтон, округ Колумбия.

Он был не слишком удивлен, когда Директор вышел на связь, чтобы назначить еще одну встречу, предположив, что после некоторого размышления его намерения вполне могли измениться. Его только немного раздражало, что местом для встречи Михаэль Хьюз выбрал конференц-зал в маленьком отеле недалеко от Кольцевой [29] , но решил, что таким образом Директор пытается избежать открытых публичных мест и риска быть узнанным.

Он нашел комнату, не прибегая к помощи персонала, и распахнул дверь, ожидая увидеть директора ФБР Михаэля Хьюза.

Вместо этого, за большим столом переговоров сидел Ной Бишоп. Его руки лежали на простой желтой папке. Папка была закрыта.

— Итак, агент Бишоп. Странно видеть вас здесь.

Переступив порог комнаты, мужчина сохранил спокойствие, по крайней мере, внешне — он встречал слишком много могущественных людей и провел достаточно времени за столом в зале заседаний, чтобы согнуться при первых признаках неприятностей. Он остался стоять, положив руки на высокую спинку одного из стульев, но не стал его выдвигать. Он прекрасно понимал, что как только сядет, то признает, что власть в руках Бишопа.