— А где будут соревнования?

— Вон на той горе, — показал мальчишка здоровой рукой. — Чья ракета дольше в воздухе продержится, тот и победитель. У меня раньше часто аварии случались: двигатель выбьет, стропы у парашюта запутаются или вдруг совсем парашют сгорит.

— А бывает, чтобы ракета взорвалась?

— Бывает. В воздухе. Хлоп! На куски! Кричишь: «Эксперта сюда!»

Об экспертах Коля ничего не знал, не слышал о таких.

— Кто это?

— Эксперт?.. Он помогает установить причину аварии, если сам не разбираешься.

Коля кивнул и подумал: в школе бы хорошо — чуть что не понял, сам не разобрался или отметкой недоволен, кричишь: «Эксперта сюда!»

Коля так подумал, утешился и спросил про двигатель ракеты:

— Он из чего?

— Из охотничьей гильзы.

— Покажи.

— У меня нет. Двигатели выдают, когда соревнования. Жюри выдаёт, чтобы у всех одинаковые.

Коля начал разглядывать гору, где будут соревнования.

Гора возвышалась над лагерем Прибрежным — зелёная, открытая. Вроде на ней даже какая-то мачта.

Может быть, это большая направляющая для большой ракеты?..

Коля хотел сказать мальчишке, что в классе с друзьями он иногда летал на ракете, когда их звёздочка получала хорошие отметки и поведение тоже было хорошим: никто ни с кем не валялся и не дрался. И ещё он хотел спросить, что мальчишка думает в отношении планетоходов.

Вдруг послышался чей-то строгий голос из окна.

Коля глянул в окно, где только что был ракет-

чик, но его уже не было. А глядела оттуда Наталия Ивановна.

— Мешать больным нельзя.

— Я не мешаю.

— Нет, ты мешаешь.

За спиной Наталии Ивановны что-то хотел сказать ракетчик, но Наталия Ивановна закрыла окно.

Коля попытался показать ракету и объяснить, что она принадлежит мальчишке с гипсом, но Наталия Ивановна махнула рукой, чтобы уходил…

Тогда Коля решил отойти от окна и про ракету молчать. А то ещё Наталия Ивановна отберёт. Лучше вернуть потом. Мальчишка из 6-го отряда, он ведь сказал.

Тихонько начал красться вдоль других окон. Где тут лежит Мада? В какой палате?

Вдруг услышал, кто-то негромко кашляет: «Кх! кх! кх!»

Простудился.

Коля опять подобрал камушек и бросил в окно. Только бы не высунулась Наталия Ивановна… На всякий случай спрятался за маленький кипарис. Присел и спрятался. Как мог.

Из окна высунулась девочка — проворная, тоненькая, с большими тёмными глазами. На голове— пушистый фонтанчик тоже тёмных волос. На ниточке — бусинка, спускается на самый лоб из этого тёмного фонтанчика.

Настоящая шахиня из сказки.

Первыш рассматривал девочку, и, может быть, тогда впервые в нём что-то произошло, если говорить объективно. Что-то изменилось, улучшилось.

Первыш поднялся из-за кипарисов. В лагере их очень много. Недавно посадили, и они ещё

долго будут расти, пока станут настоящими деревьями.

Мада сразу его увидела. Начала смотреть. А он начал вспоминать арабские слова, которые должен был сказать ей.

И тут понял, что этих самых арабских нянькиных слов не может вспомнить. Забыл. В голове не осталось ничего похожего. Ни справа налево, ни слева направо. Что же делать?

Доктор может вот-вот прогнать. Зайдёт к Маде в комнату, увидит в окно и опять прогонит.

Тогда он решил всё показать «шахине». Показать так, как всё показывает Боря Завитков.

Не сумеет разве!

Положил на землю ракету, глубоко вдохнул, набрал в себя воздух, чтобы потолстеть, как нянька, и начал поднимать руки к небу и низко опускать.

А потом, уже не толстый, начал бегать вокруг кипариса, вроде это Мада бегает, и нянька за ней гоняется, грозит, что увезёт её отсюда, из лагеря.

«Шахиня» в окне смеялась, подпрыгивала от удовольствия. И вместе с ней подпрыгивала бусинка на лбу.

Коля начал показывать, что такое лагерь, пионерский отряд. Маршировал, трубил в горн, барабанил на барабане, поднимал флаг, стоял под салютом. Показывал, как пионеры сами одеваются, причёсываются, умываются. Он ведь всё это уже видел.

Мада взобралась на подоконник, села и давай болтать ногами и опять смеяться и веселиться.

И так громко — даже повизгивать.

Коля прикинул на глаз — ростом не выше почтового ящика. Значит, не выше Коли.