— Опять? И сколько всего таких остановок у тебя запланировано?

— Две.

Я посмотрел на женщину, которая сидела рядом со мной на пассажирском сиденье. Да, это моя жена Кейт Мэйфилд. Я имею в виду, что иногда она бывает исключительно специальным агентом Мэйфилд, но порой в ней борются обе ее ипостаси.

В настоящий момент она являлась моей женой и более никем, поэтому я решил, что пора прояснить кое-какие вопросы.

Наставив на нее палец, я сказал:

— Ты сама говорила, что эта катастрофа не моего ума дело. А потом почему-то потащила за собой на пляж, где эта парочка наблюдала за катастрофой и, возможно, снимала ее на видеокамеру. Не можешь ли ты объяснить мне причину своего столь непоследовательного поведения?

— Нет, — сказала она. — Никакой непоследовательности во всем этом я не вижу. Просто я подумала, что тебе это будет интересно. А поскольку мы оказались неподалеку от этого пляжа, я решила тебе его показать.

— Ладно. Решила так решила. Что нового и интересного для себя я узнаю, когда мы сделаем вторую остановку?

— Когда остановимся, тогда и узнаешь.

— Ты что же — хочешь, чтобы я покопался в этом деле? — спросил я.

— Не могу ответить на этот вопрос.

— А ты мигни. Один раз — «да», два раза — «нет».

— Надеюсь, ты понимаешь, Джон, что я не могу совать нос в это дело. Я агент ФБР, причем с хорошей репутацией. Если меня на этом поймают, то могут уволить.

— А как же я?

— Скажи честно, тебя сильно огорчит, если даже тебя уволят?

— Не особенно. Как-никак я получаю пенсию по инвалидности от Департамента полиции Нью-Йорка. Кроме того, я освобожден от уплаты налогов. — Тут я не удержался и добавил: — Но перспектива быть у тебя на побегушках меня тоже не вдохновляет.

— Ты не будешь работать на меня. Ты будешь работать со мной.

— В любом случае — что я должен делать? — спросил я.

— Смотреть и слушать. Ну и действовать сообразно обстановке. Но запомни: я ничего не желаю об этом знать.

— А если меня арестуют за то, что я буду шнырять и вынюхивать где не надо?

— Не арестуют.

— Ты уверена?

— Абсолютно. Ведь я как-никак юрист.

— А что, если меня попытаются убрать?

— Это просто смешно.

— Ничего смешного тут нет. Наш бывший коллега из ЦРУ Тед Нэш раз сто грозился меня убить.

— Я в это не верю. Как бы то ни было, он уже отошел в лучший мир.

— Так ведь не он один мне угрожал.

Кейт рассмеялась.

Веселого мало, мрачно подумал я. И снова задал тот же волновавший меня вопрос:

— Чего ты от меня хочешь, Кейт?

— Я хочу, чтобы это дело стало твоим тайным хобби.

Я подумал о своем коллеге из ОАС Лайэме Гриффите, который именно от этого меня предостерегал. Я притормозил, съехал на обочину и сказал:

— Посмотри на меня, Кейт.

Она взглянула мне в глаза.

— У меня такое ощущение, что ты пытаешься мной манипулировать. И мне это не нравится.

— Извини, если что не так сказала.

— Что все-таки я конкретно должен делать, дорогая?

С минуту подумав, она ответила:

— Как я уже говорила, смотреть и слушать. Потом ты сам решишь, что делать и делать ли вообще. — Она через силу улыбнулась и добавила: — Короче говоря, будь тем, кто ты есть, — Джоном Кори.

— В таком случае тебе придется быть просто Кейт Мэйфилд, — сказал я.

— Я пытаюсь. Но все так сложно и запутанно… Я буквально разрываюсь на части… Мне не хочется, чтобы у нас… чтобы у тебя были неприятности. Но это дело не дает мне покоя вот уже пять лет.

— Оно не дает покоя множеству людей, Кейт. Но оно закрыто — как ящик Пандоры. Может, не стоит его открывать?

Она с минуту молчала, потом тихо произнесла:

— Боюсь, справедливость в данном случае не восторжествовала.

— Это был несчастный случай, Кейт, — ответил я. — Такие вещи плохо согласуются с понятием справедливости.

— Ты веришь в это?

— Нет. Но если бы я дергался из-за каждого дела, в котором не восторжествовала справедливость, то давно бы уже угодил в психушку.

— Это не «всякое» дело, Джон. И ты отлично это знаешь.

— Положим. Но я не отношусь к тем парням, которые суют член в огонь, чтобы убедиться, что он жжется. Я соглашусь заниматься этим делом только в том случае, если ты сама меня об этом попросишь и скажешь, зачем тебе это надо.