— Они очень мило общаются.

— Неужели обошлось без сцен? Кейт даже коготков не показала?

— И не подумала.

— М-да, приятель, твоей жизни можно позавидовать.

— Ты думаешь?

— Я уверен. Только ты не очень потей завтра, ладно? Все устроится наилучшим образом.

— Ну и славно, коли так. До встречи в «Уорлд-баре», — сказал я и повесил трубку.

— Ну как? Все в порядке? — спросила Кейт.

— Абсолютно.

— Какие-нибудь проблемы? — поинтересовалась Джилл.

— Никаких, — улыбнулся я. — Когда мы завтра отправимся во Всемирный торговый центр, нас будут сопровождать три патрульные машины с шестью полицейскими. Даже у комиссара и мэра города не бывает такого эскорта.

Джилл улыбнулась мне в ответ.

— Завтра всем нам рано вставать, — сказал я. Признаться, мне очень хотелось остаться наедине с Кейт. — Поэтому я предлагаю отправиться спать, чтобы хорошенько отдохнуть. — И заняться сексом.

Мы поднялись из-за стола, и Джилл сказала:

— Вам двоим будет о чем поговорить. Надо же наверстать упущенное. Итак, доброй ночи. — С этими словами Джилл ушла к себе в комнату.

Кейт проводила ее взглядом и сказала:

— Она очень милая.

— Из нее получится образцовый свидетель.

— Мне кажется, она на тебя запала.

— Не думаю.

— Она ловит каждое твое слово и просто пожирает тебя глазами.

— Что-то я ничего такого не заметил. — Я вынул кассету из видеомагнитофона и сказал: — Знаешь что? Я ужасно тебя хочу.

Я подхватил дорожную сумку Кейт, а она взяла сумочку, в которой лежал револьвер. Со всем этим мы направились в мою спальню. Кейт положила сумочку с револьвером на ночной столик и начала раздеваться.

— У меня нет с собой даже ночной рубашки, — сказала она. — Мой багаж все еще где-то в аэропорту.

— Тебе она не понадобится, дорогая.

Кейт еще стягивала с себя блузку, а я уже лежал в постели. Она посмотрела на меня и рассмеялась.

— Ты поставил рекорд.

Раздевшись, Кейт легла в постель рядом со мной и внимательно на меня посмотрела. Потом отлепила от моего подбородка пластырь и спросила:

— Как это произошло?

— Твой друг Нэш заехал мне в челюсть.

— Он и сам не очень-то хорошо выглядел в аэропорту, — сказала Кейт. — Лицо у него было распухшим, а в нескольких местах красовались кровоподтеки.

Это была самая приятная для меня новость за долгое время.

— Должно быть, он основательно напился и ударился лицом о стену, — сказал я.

— Не думаю, — возразила Кейт.

Я решил сменить тему и произнес:

— Секс!

Однако, прежде чем я успел обнять Кейт, она сказала:

— Видеозапись показалась мне очень убедительной.

— Правда? Теперь ты понимаешь, почему тот парень ее стер, а Джилл так и не решилась представить копию?

— Понимаю… Должно быть, ей было не просто решиться показать тебе эту пленку.

— Я старался не заострять на этом внимание, — сказал я. — В конце концов, когда на одной кассете записаны сексуальная сцена и сцена убийства, последняя кажется гораздо более важной. И Джилл это понимала.

— Это в теории. Но если на видеопленке записано, как занимаешься сексом ты… Знаешь, я до сих пор не могу поверить, что это одна и та же женщина.

— Люди, дорогая, весьма сложные существа.

— Ты — нет. Вот за это я тебя и люблю.

— Благодарю за откровенность.

Кейт с минуту молчала, потом спросила:

— Как думаешь, завтра у нас могут возникнуть проблемы?

— Вряд ли, — сказал я и, передав ей часть своего разговора с Домом, добавил: — Обычно в стычках между нью-йоркской полицией и ФБР верх одерживают бело-голубые.

— Но я же агент ФБР, — сказала Кейт. — Что прикажешь делать мне? Стоять у стены, изображая смущение?

— Делай то, что считаешь нужным, — сказал я. — И если вдруг решишь, что тебе лучше оттуда уйти, то уходи. Я пойму.

Кейт несколько минут смотрела в потолок, потом со вздохом произнесла:

— Господи, ну почему я вышла замуж за копа?

— Господи, ну почему я женился на женщине из ФБР?

Некоторое время Кейт молчала, потом рассмеялась.