Я покосился в ту сторону, где положил посетителя. Валялся он несколько в стороне – как раз впору, чтобы удивиться прыти существа с перемолотыми ногами. Человеческого облика он не утратил, но вот кровь из него набегала почему-то желтовато-прозрачная, больше похожая то ли на гной, то ли на фурацилин. И ох как досталось стенам! Крепко же меня вырубило, что я не слышал такой пальбы. Тут только обратил внимание на валяющийся около Мика пистолет – затвор остановился в открытом виде. Расстрелять полную глоковую обойму в закрытом помещении – это только фону под силу.

– Это что – все ему одному досталось? – только и выдавилось из меня.

– У, Мейсон, проспал кино, так хоть вспоминать не заставляй, – пробурчал Мик сердито.

– Убить адскую тварь непросто, – дипломатично пояснил Эл. – Мистер Мейсон, вы исключительно правильно отреагировали на посланный мною сигнал тревоги. Жаль, я не успел вас проинструктировать – стрелять в него надо было выше, желательно сразу в голову.

– Чего-чего? – Чарли задрал бровь. – Ну-ка, живо объясните мне, что тут творится, пока мои ребята не пошли на штурм!

– Мик, объясни ты, как умеешь.

Есть у меня подозрение, что фона Чарли почитает природной аномалией и поверит всему, что тот ни скажет. Заодно и сам послушаю.

– А чего тут объяснять? – Мик передернул плечами. – Мы убили гада. Ты, кстати, тоже стрелял!

– Какого такого гада? – простонал Чарли с нескрываемым трепетом.

– Ну ты и баклан. Вот этого! А добить Мейсона патронов уже не хватило. Жаль, когда-то еще он так подставится.

Шутник нашелся. Между прочим, он собирался взять два пистолета. Неужели кончились патроны в обоих?!

– Вы будете в порядке, мистер Мейсон. По счастью, это существо применило к вам всего лишь псионический шокер – на большее не хватило его концентрации.

– А то бы сжег?

– О нет. Этот неспособен на…

Эл в один миг побелел, как холодильник. Подхватил лежащий рядом меч и словно бы размазался по всей комнате, в один миг будучи и тут, среди нас, и уже там, у выхода в сторону кухни.

– Это еще кто? – сварливо осведомился Чарли.

– И куда это он? – поддержал беседу фон. – Живот прихватило? Больше не кормить мороженым?

А и правда, куда его понесло на ночь глядя? Вроде завалили агрессора.

Позвольте-ка. Этот – неспособен на?.. Не умеет жечь?..

В бога, в душу, в мать.

Голова радостно воспользовалась поводом загудеть, когда я рванул с места в карьер следом за Хранителем. Нога скользнула, пришлось стартовать с колен, зато успел подхватить ружье. И – быстро, быстро, пока еще все не украдено до нас!

– Побежали и мы, – вздохнул за спиной Мик. – Мейсон парень ленивый, зря так не дернет.

Ох как он прав. А еще в Мейсоне удивительным образом сочетается проницательность Эркюля Пуаро и неуклонность Фиделя Кастро. Иначе как объяснить, что он смекнул, кто ждет его в конце маршрута, но тем не менее несется к финишу со всех ног?..

В коридор я вылетел, уцепившись за дверной косяк, благодаря чему развернулся сразу в сторону кухни. Эл застыл с занесенным мечом у самого входа, подтверждая наихудшие мои подозрения, краем уха я ухватил несущееся из глубины кухни:

– …запущено, и Устои меняются!..

А потом коридор кончился, и нужно было либо начинать долгие, бесплодные и никому не нужные переговоры, либо совершать глупые, но очень энергичные поступки. И переговоров с меня на сегодня хватит. Тем более что, если повезет выжить, наболтаться с представителями соответствующих инстанций предстоит по самое не балуйся.

Я с разбегу растянулся на пузе и въехал на кухню между широко расставленными ногами Эла, выставив ружье перед собой. Если подумать, идея совершенно идиотская. Особенно учитывая, что картечь пойдет расходящимся снопом и у противоположной стены накроет площадь как минимум фут на фут – тут уж ни о каком филигранном выстреле речь не идет. А именно он и мог бы спасти ситуацию, потому что хищного вида засранец в твидовом пиджаке, который одной рукой придерживал полувисящую на нем Айрин, а второй рисовал что-то в воздухе, как раз такой моей выходки и не ждал. Ракурс, конечно, неудобный, но и дистанции – футов восемь, пистолетную пулю я бы взялся положить на выбор минимум в десяток неприятных точек… Хотя, кто знает, какие точки ему неприятны.

В общем, не было у меня подходящей мишени для ружейного выстрела, ибо тело гада было надежно прикрыто обвисшей Айрин, а если я ее еще и картечью нашпигую, то, согласно сермяжной фонхендманской правде, должен буду жениться, как честный человек, осмелившийся разбудить фонтан страсти. Только вот рука, стремительно пишущая в пустоте… А на безрыбье и кастрюля – соловей.

Бабах.

Не зря все-таки окружающие призывают друг друга не злить Мейсона.

Даже бесчувственная Айрин содрогнулась, а чертежник, все это время что-то злорадно декламирующий Элу, сбился на визг. Картечь разворотила ему руку почти на всю длину, кисть повисла на клочьях кожи. Однако потерпевший не растерялся – присел, одновременно спасаясь от меча Эла и взваливая на плечо Айрин, а освободившейся целой рукой указал на меня – и я воочию разглядел, как в его ладони из ничего зарождается клубящийся огонь.