— Так я уже сказал. Не всё так печально. Жениться на одних, а любить других, — захохотал Алексей. — Думай, шах, думай…

Плотная толпа глухо роптала, но терпеливо дожидалась своей очереди. Вереница продавцов и покупателей растянулась от ворот на добрых полкилометра. Верблюды высокомерно поглядывали поверх людских голов, где-то протяжно ревели ослы. Очередь продвигалась словно умирающая черепаха.

— Ё-моё! Ну что за дела? И здесь таможня! — в сердцах выругался Алексей.

— Что? — недоумённо повернулся принц.

— Я говорю, народу слишком много, — сердито пробурчал Алексей, пристраивая ослика в тени огромной арбы.

Похоже, таможенная волокита никогда не изменится.

— Здесь всегда так, — с некоторой гордостью пояснил Камиль. — В Убаре огромный рынок. На всю Аравию славится. И вообще, нам незачем здесь стоять! Это мой город. Как только я подъеду к воротам, нас пропустят с почестями!

— Ага. Как же, видал, видал. Так обрадуются, что даже стрелой в кадык угостят, — мрачно пошутил Алексей.

— Ну зачем так! — обиженно покосился принц. — Пусть только попробуют! Меня здесь все знают!

— Вот именно! Ты так сильно уверен, что тебя уже не ждут с ножичками? — с нажимом поинтересовался Алексей.

— Ты прав, — потупился Камиль.

Джинн как всегда зрит в корень. В родном доме свила гнездо ядовитая змея. Радость при виде знакомых с детства надёжных городских стен мигом развеялась как дым.

— Вот то-то. Смирение есть лучшая добродетель, — не моргнув глазом, изрёк библейскую истину Алексей. — Дождёмся своей очереди как самые обычные путники. И ещё. На вот эту штуку одень, — вытащил шляпу из рюкзака.

Слишком приметной деталью гардероба пришлось пожертвовать, халату совершенно не в тон.

— Как подъедем, до самых бровей натяни, нечего здесь светиться.

Принц с интересом осмотрел странную вещицу. Узоры на ткани напомнили памятный песчаный наряд джинна, тщательно запрятанный ныне под богатым зелёным халатом.

— Маскировка? — неуверенно выговорил, водружая шляпу.

Чудное словечко крепко засело в памяти, когда впервые подробно разглядел странную одежду Салеха. Между делом джинн пояснил тогда, что для песков не сыскать ничего лучше. И дышит, и не потеет. Правда непонятно как ткань может дышать, и мало того, не потеть? Впрочем, у джинна много загадочных вещиц. Одна заплечная сумка чего стоит. А уж эти мощные сапоги с верёвочками…

— Соображаешь! — усмехнулся Алексей. — По-нашему это называется шляпа. Чтобы голову не пекло.

— А, куфья?

— Ну что-то вроде. Правда куфья ещё от песчаной бури спасает, а эта только от солнца. И маскировка заодно.

Очередь мало-помалу продвигалась.

— Знаешь что вам нужно, — широко зевнул Алексей.

Очередной слепень, кружащийся над головой сонного ослика, свалился вниз.

— Что? — с некоторым запозданием откликнулся Камиль, удивлённо глазея на диковинное зрелище.

Надоедливые кровопийцы время от времени падали прямо в полёте и начинали бестолково кружиться по песку, словно невзначай хлебнули молодого крепкого вина.

— Брать плату за вход совсем по другому, — развлекаясь между делом, Алексей сбил очередного слепня.

Бесцельное времяпровождение в очередях наскучило с раннего детства, а тут хоть редкое совмещение приятного с полезным.

— Пусть хозяин небольшого каравана, ну скажем до пятидесяти верблюдов, платит стражу пять драхм, а если больше — десять драхм. Обычные путники, вроде нас с тобой пусть идут отдельно, всё быстрее будет. Глянь мы уже сколько здесь торчим, пока они всех пересчитывают, — кивнул в сторону ворот.

Пропуская очередной караван, два рослых стражника очумело пересчитывали верблюдов.

— А так и людей больше пройдёт, и денег в казне больше будет.

— А если хозяин соврёт? — в принце явно взыграл рачительный хозяйский интерес. — Если заплатит за пятьдесят, а будет все шестьдесят, а то и семьдесят?

— А то! Уж можешь быть уверен, на первых порах как пить дать соврёт, — благодушно согласился Алексей. — На то они и люди. Так его за шиворот и прилюдную порку, мне тебя учить?

— Пожалуй ты прав, — задумался Камиль.

Джинн дело говорит. И Басим всё время жалуется на оскудение казны. Хотя наверняка ворует, гад. Правда отец ему верит. Пока…

Пронзительно скрипя колёсами, арба вкатилась в ворота.

— Следующий, — лениво махнул стражник.

Алексей повернулся к спутнику и выразительно покосился на голову. Камиль кивнул и торопливо натянул шляпу. Отчего-то сильно заколотилось сердце.

— Сколько вас? — стражник цепко оглядел путников.