— Да вот хотел поблагодарить. Твоя стряпня поистине достойна самого шаха, — проникновенно начал Рауф.

— Угу, — Карим легко перевернул кажущуюся неподъёмной тушу. — Ну, считай, поблагодарил. Ха! — остервенело хряснул тесаком. — Смешно!

— Почему смешно? — опешил Рауф.

— Так шаху теперь бы как самому ухитриться не стать едой, — Карим приподнял окровавленный кусок и подозрительно обнюхал. — Хм, пойдёт, свеженький…. А! Да так об этом весь город гудит. Говорят, ровно в полдень во дворце появился свирепый ифрит. Басиму одним махом голову откусил, а самого шаха с юным отпрыском на цепь посадил. Говорят, потом съест, — натужно рубанул тесаком. — Вот так-то, уважаемый!

Камиль потрясённо поглядел на Алексея. Шах растеряно сморгнул, всхлипнул и от всей души захохотал, хлопая себя по бёдрам:

— Откусил…. На цепь…. Ой, уморил!

— Ещё один…, — Камиль схватился за живот и обессилено повалился на пол.

Повар медленно повернулся, и мрачно оглядев творящееся веселье, поднял недоумённый взгляд на Алексея:

— Слышь, чего они, а?

— Да так, ничего, — хмыкнул Алексей. — Просто я и есть тот свирепый ифрит, — на миг зажмурился.

Рука Карима вдруг ожила и с размаху воткнула тесак в чурбан. Детина открыл рот, оторопело поглядывая то на своевольную руку, то на нож, продолжающий мелко вибрировать.

— А когда достопочтенный шах с сыном немного проголодались, скинули цепи и решили прогуляться по городу. Заодно и ифрита пригласили поужинать, — продолжил Алексей. — Человеческие головы очень жёсткие, знаешь ли. Так сразу и не прожуёшь…

Шумно хватая ртом воздух, Рауф уже просто икал, с трудом вытирая обильные слёзы.

— Ой, не могу… — Камиль закатался по полу, бессильно суча ногами. — Салех, ну хватит…

Поварята побросали работу, заворожено разглядывая странных посетителей.

— Ты хочешь сказать….Это и есть….Да… — Карим растеряно охнул и уселся на пол.

Шах наконец, справился с собой. Расправил платок, поднёс к лицу и шумно высморкался:

— Ох, Салех, Салех. Вот уморил, так уморил! Парня бедного совсем запугал, — повернулся к растеряно хлопающему глазами детине.

— Ну что, Карим. Теперь ты всё сам видел. Ифрит не так страшен, как о нём говорят. Так что разговоры слушать-то слушай, но верь не всякому, мало ли что люди болтают. Ладно, теперь к делу. Ты я вижу мастер толковый. Поваром ко мне пойдёшь? Жалованье дам хорошее, а в еде мы непривередливые. Подумай, неволить не буду.

— Я….Так вы и взаправду…Жалованье, — Карим поспешно поднялся, в волнении вытирая волосатые ручищи о передник. — Конечно пойду! Такая честь!

— Вот и договорились. Завтра поутру будь во дворце, — Рауф удовлетворённо повернулся, давая знать, что разговор закончен.

Сопровождаемые почтительными поклонами знатные гости степенно вышли на улицу.

— Эх, жалко, — шах досадливо оглянулся. — Как не хоронись, всё равно раскусили.

— И вовсе нет! — горячо возразил сын. — Ты же сам открылся.

— Пришлось, — усмехнулся отец. — Зато только представьте, какие завтра пойдут разговоры! Нет, ну надо же только такое выдумать? Ифрит, головы, цепь! Вот люди, а?

Компания дружно захохотала.

— Да, неплохо погуляли, — улыбаясь, продолжил Рауф. — И толкового повара нашли.

— Теперь бы охрану, — Камиль задумчиво поглядел на ярко освещённый шпиль дворца.

— Да, я слишком доверял Басиму, — помрачнел шах. — И чуть было не поплатился за доверчивость. Всё, отныне никаких визирей, сам возьмусь за дела. Хотя сказать честно, ума не приложу, где сыскать надёжного человека. Дворцовым вот ни на столько не верю! — выразительно оттопырил мизинец.

— Почему? — возразил Алексей. — Думаю, кой-кому можно. У кого совесть нечиста те давно сбежали со страху. А тем, кто остался — верить можно. Правда, — ехидно усмехнулся, — как у нас говорят — доверяй, но проверяй.

— Как, как? — восхитился Рауф. — Доверяй, но проверяй? Надо попробовать…

— Отец, а, пожалуй, я знаю одного честного человека, — задумчиво произнёс Камиль. — И даже не из дворца.

— Да? Интересно, — удивился шах. — И кто же он? А, думаю, знаю о ком ты, — приобнял за плечи. — Сын, не забывай что наш спаситель не совсем человек, — лукаво покосился на Алексея.

— Конечно помню, — серьёзно взглянул принц. — Просто когда мы с Салехом домой добирались, встретили одного бывшего воина…