– Пиатохи!

– С Пиатохи. А затем, если он согласится принять кое-что на свои склады, сведешь его с…

– С Хаемхатом!

– С ним.

– Неплохо было бы и самому встретиться.

– Встретишься, – поднимаясь на ноги, пообещал Медой. – Эх, дружище, если бы ты знал, как мало вокруг решительных и умелых людей… Встретишься! И эта встреча будет для тебя очень выгодной, клянусь всеми богами Дельты!

Они встретились уже через сутки, здесь же, в корчме у восточных ворот. Хаемхат ничуть не изменился, разве что на смуглом лице стало больше морщин, да в бороде и на висках прибавилось седых волос.

– Рад, рад видеть тебя в добром здравии, дружище Джедеф! – Бывший главарь разбойничьей шайки с видимой радостью похлопал старого знакомца по плечу. – А ты возмужал, я бы даже сказал постарел, стал мудрее.

Максим улыбнулся:

– Что, это настолько заметно?

– По глазам, не по телу. Так что снабженец? Согласен? – Хаемхат по-прежнему брал быка за рога без лишних слов.

– Согласен, – негромко отозвался Макс. – А чего бы ему было не согласиться? Кому помешает лишний заработок?

Тут засмеялся доселе молчавший Медой:

– Ну ясно, что никому не помешает!

– А вот тут ты не прав, – взглянув на него, Хаемхат усмехнулся. – На свете живут разные люди. Слишком разные, для того чтобы по некоторым судить о многих. Никогда так не суди, Медой!

– Так я и не сужу!

– И вот что еще, дружище Джедеф. – Главарь потеребил бороду. – Не обижайся, но я велел разузнать о тебе кое-что. О тебе и твоей семье. И знаешь, к какому выводу пришел?

– Интересно, к какому же? – С напускным безразличием Максим повел плечом.

– На самом деле тебе не очень-то нужны наши дела, – понизив голос, огорошил Хаемхат. – Ведь так? Ты просто хочешь выбраться из этого города – и чем скорее, тем лучше. С нашей помощью или без – неважно. Так вот… мы поможем тебе! Тебе и твоей семье. Молчи, не надо ничего говорить и уж тем более оправдываться. Твоя жизнь – это твоя жизнь, я вовсе не намерен в нее соваться. Просто помогу, и не только в память о нашей прошлой дружбе. Ты и здесь уже немало сделал для нас, сведя с Пиатохи… О! Воистину с ним мы закрутим большие дела… Жаль, что ты не примешь в них участия, ну да ладно, хватит об этом. Когда ты хочешь уйти?

– Ты же сам сказал – как можно скорее!

Они договорились встретиться через три дня у старого храма Баала, где располагался вход в пещеру с подземной рекой. Вход тщательно охранялся, но для Хаемхата это не представляло преграды – он честно платил почти всем десятникам из охраны. Новая его шайка – шайка, будем уж именно так называть – занималась простым но весьма доходным в сложившихся условиях осады делом: спекуляцией продовольствием и оружием. Хаемхат держал пять барок с гребцами и время от времени примазывался к какому-нибудь официальному каравану, щедро давая на лапу курирующему отправку обоза писцу.

Вот и на этот раз предстояло такое же путешествие, обычное для шайки дело. Хаемхат с Медоем всегда сами сопровождали свои подземные барки – мало было надежных людей, тех, кому можно было бы доверять если и не полностью, то хотя бы в чем-то.

– Уходим? Что я слышу? – Тейя не скрывала радости. – Мы наконец-то уходим отсюда?

– Тсс!!! – Максим замахал руками. – Не кричи так, о женщина! Я и сам рад не менее твоего. Да, надо предупредить Бату: пусть подменится или скажется больным… Что я вижу? У тебя новое платье? Красивое.

Тейя опустила трепещущие веки:

– Клянусь Амоном, рада, что тебе понравилось. Я купила его на рынке, обменяла на полмешка полбы, что вчера притащил из амбара Бата. Это же все равно была не полба, о муж мой! Это же один мусор был, клянусь всеми богами Дельты!

– Ладно тебе оправдываться, – обняв жену, хохотнул Макс. – Обменяла и обменяла, главное – платье красивое.

– То, старое, совсем уже изорвалось.

– Ты имеешь в виду маечку с «Тур эффел»?

– Ну, то, что я носила там… в земле железных змей и высоких башен.

– Земля железных змей, – тихо повторил молодой человек. – Воистину неплохо сказано, клянусь Амоном. Да-а, хорошее платье… А ну-ка поворотись!

Максим обнял супругу за талию и принялся целовать в шею. Новое платье ему и в самом деле понравилось: изумрудно-зеленое, из тонкой ткани, струящейся, словно морская волна. О, оно прекрасно гармонировало со смуглой кожей царицы… нежной шелковистой кожей…