«Что ж, кошки часто пристально смотрят перед собой», – подумал Тристан. Но когда он, обогнув постель Айви, подошел к ней с другой стороны, кошка проводила его внимательным взглядом своих зеленых глаз.

«Элла, что ты видишь? Скажи, Элла?» – тихо спросил Тристан.

В ответ кошка громко заурчала, и Тристан рассмеялся.

Теперь он стоял возле Айви. Рассыпавшиеся волосы закрывали ее лицо. Он протянул руку, чтобы убрать их. Больше всего на свете Тристану хотелось увидеть ее, но его руки были совершенно беспомощны.

«Жаль, что ты не можешь мне помочь, Элла», – вздохнул Тристан.

Кошка встала и пошла к нему по подушкам. Тристан замер, гадая, что она задумала. Подойдя ближе, Элла наклонила голову, словно хотела потереться о его руку. В следующий миг она с недовольным мяуканьем свалилась с кровати.

Айви пошевелилась, и Тристан тихо окликнул ее.

Айви перевернулась на спину, и ему показалось, что она сейчас ему ответит.

Ее лицо было похоже на луну, красивое, но бледное. Сияние, когда-то исходившее от нее, теперь осталось лишь в золотистых ресницах и длинных волосах, рассыпавшихся, как лучи, вокруг ее лица.

Айви нахмурилась. Тристану захотелось разгладить морщинку у нее на лбу, но он не мог. Айви начала ворочаться и метаться.

– Кто здесь? – вдруг справила она. – Кто здесь?

Тристан наклонился над ней.

«Это я, Тристан».

– Кто здесь? – снова спросила она.

«Тристан!»

Морщинка между ее бровей стала глубже.

– Я не вижу.

Он положил руку ей на плечо, в надежде, что она сейчас проснется, уверенный, что она увидит и услышит его.

«Айви, посмотри на меня! Я здесь».

На миг она открыла глаза. Потом он увидел, как исказилось ее лицо, и понял, что она испугалась. Это был даже не страх, а ужас. Айви закричала.

«Айви!»

Но она кричала и кричала.

«Айви, не бойся!»

Тристан пытался ее успокоить. Он обнимал ее, но их тела проходили друг через друга, словно сквозь воду. Он ничем не мог ее утешить.

А потом дверь спальни распахнулась. Первым вбежал внутрь Филипп. За ним влетел Грегори.

– Проснись, Айви, проснись! – затряс ее Филипп. – Ну же, Айви, пожалуйста!

Она широко открыла глаза. Посмотрела на Филиппа, потом обвела взглядом комнату. Она ни на миг не задержалась взглядом на Тристане, глядя сквозь него.

Грегори легко взял Филиппа за плечи и отстранил. Он сел на кровать и прижал Айви к себе. Тристан видел, что та вся дрожит.

– Все будет хорошо, – сказал Грегори, приглаживая ее растрепанные волосы. – Это был всего лишь сон.

«Страшный сон, – с горечью подумал Тристан. – А он не смог помочь ей, утешить ее!»

Зато Грегори мог. Тристан почувствовал, что сейчас взорвется от ревности.

Он не мог смотреть, как Грегори обнимает ее и прижимает к себе.

Но не мог видеть Айви такой испуганной и несчастной. При одном взгляде на ее дрожащие плечи он начинал испытывать к Грегори уже не ревность, а благодарность, причем столь же сильную. Потом его снова охватывала ревность.

От этой мучительной борьбы чувств у Тристана снова потемнело в глазах, и он попятился назад, к полке, на которой стояли ангелы Айви. Элла с любопытством направилась за ним следом.

– Тебе приснилась авария? – спросил Филипп.

Айви кивнула, потом уронила голову и беспомощно пробежала руками по смятым простыням.

– Хочешь поговорить об этом? – спросил Грегори.

Айви хотела что-то сказать, но потом покачала головой и беспомощно повернула руку ладонью верх. Тристан увидел, что вся ее рука покрыта шрамами, похожими на следы молний. На миг тьма вновь обступила его, но он прогнал ее прочь.

– Я здесь, с тобой. Все хорошо, – сказал Грегори и стал терпеливо ждать.

– Я… я посмотрела на окно, – запинаясь, начала Айви. – Я увидела там высокую тень, но я не знаю, кто это был… или что. Я спросила: «Кто здесь?» Потом снова спросила…

Стоя в противоположном конце комнаты, Тристан молча смотрел на Айви, с каждым мгновением ее боль и страх все сильнее сжимали его сердце.

– Мне показалось, что это кто-то, кого я знаю, – продолжала Айви. – Да-да, эта тень показалась мне знакомой. Поэтому я подошла ближе… и еще ближе. Но я никак не могла разглядеть… – Она замолчала и затравленно обвела глазами комнату.

– Ты не могла разглядеть, – мягко напомнил ей Грегори.

– Там были другие отражения на стекле, поэтому было трудно разобрать. Я подошла ближе. И приблизила лицо почти к самому стеклу. И тут оно вдруг взорвалось! Тень превратилась в оленя. Он выскочил через окно и убежал.