«Лэйси? – Тристан обернулся и посмотрел себе за спину. – Лэйси, ты где? Ты в порядке?»

«Да, просто устала, – донесся до него ее тихий голос. Потом ее тело появилось снова, но теперь оно было почти прозрачным. Она свернулась клубочком на земле и закрыла глаза. – Дай мне несколько минут».

Тристан принялся расхаживать туда-сюда по траве, то и дело обеспокоенно поглядывая на нее.

Внезапно Лэйси вскочила на ноги. Она снова выглядела совершенно нормально.

«Ну вот, теперь ты знаешь, как это выглядит, – сказала она. – Только учти, что у временных ангелов, типа нас с тобой, на это дело уходит вся отпущенная нам энергия. Кроме того, чтобы полностью материализоваться, нужен немалый опыт. А уж разговаривать при этом могут только профи».

«Типа тебя», – улыбнулся Тристан.

«Обычно я материализуюсь только частично. Скажем, я проявляю свои пальцы, если мне нужно что-нибудь сделать – схватить кого-нибудь за волосы или перевернуть страницу киножурнала».

«Научи меня! – взмолился Тристан. – Ты ведь покажешь мне, как это делается?»

«Может быть».

Разговаривая, они вышли к тому месту, откуда был виден весь дом. Тристан посмотрел на мансардное окно музыкальной комнаты Айви.

«Значит, тут живет твоя девушка? – спросила Лэйси. – Думаю, я должна удивиться тому факту, что современный парень может так втрескаться».

Тристан заметил, что, говоря это, она брезгливо скривила губы.

«С какой стати ты вообще должна об этом думать? – миролюбиво спросил он. – Это ведь совсем тебя не касается. Ты будешь меня учить или нет?»

«Ах да, почему бы нет? Мне все равно некуда время девать».

Они отыскали укромный уголок в тени деревьев и сели на траву.

Элла осторожно подошла к ним. Лэйси тут же принялась ее тискать, на что Элла ответила вежливым мурлыканьем. Присмотревшись, Тристан заметил, что кончики пальцев Лэйси не светятся. Они были абсолютно реальными.

«Все, что тебе нужно, это концентрация, – объявила Лэйси. – Очень сильная концентрация. Посмотри на кончики своих пальцев, сфокусируй на них все свое внимание. Ты должен всем своим существом пожелать, чтобы они стали настоящими».

Тристан протянул руку к Элле. Выбросив из головы все мысли, он сосредоточился на кончиках своих пальцев.

Вскоре он почувствовал слабое пощипывание, едва заметное покалывание, которое бывает, когда отлежишь руку во сне. С каждым мгновением это ощущение становилось все сильнее. Потом он почувствовал такое же покалывание в голове, и это ему совершенно не понравилось. Он начал терять сознание. Ему показалось, что все его существо, кроме кончиков пальцев, стало медленно уплывать куда-то. Усилием воли Тристан вернул себя в реальность.

«Сдрейфил», – захихикала Лэйси.

«Я попробую еще раз!»

«Лучше передохни немного».

«Мне не нужен отдых!»

Это было невыносимо унизительно. Всю свою жизнь Тристан был сильным и умным – не зря же он подрабатывал инструктором по плаванию и репетитором по математике! – и вот теперь какая-то заносчивая девчонка учила его самого, как погладить кошку!

«Кажется, не я одна успела при жизни отрастить большое самолюбие», – торжествующе заметила Лэйси.

Тристан пропустил ее замечание мимо ушей.

«Что со мной происходило?» – спросил он.

«Вся твоя энергия ушла в кончики пальцев, – охотно объяснила Лэйси. – Потому все твое остальное тело начало таять, как будто ты растворился или что-то в этом роде».

Тристан понимающе кивнул.

«Это пройдет, когда ты накопишь достаточно сил, – добавила Лэйси. – Если ты когда-нибудь достигнешь такого уровня, что сможешь материализовать все свое тело и воссоздать голос – в чем я искренне сомневаюсь – ты научишься черпать энергию из окружающего мира. Я делаю именно так».

«Ты говоришь, как пришелец из дурацкого фантастического триллера».

«Ага, – кивнула Лэйси. – „Уста планеты Индиго". Знаешь, я ведь едва не получила Оскара за этот фильм».

Самое смешное, что Тристан помнил, как этот фильм с треском провалился в прокате.

«Хочешь попробовать еще разок?»

Тристан снова протянул руку. Это было немного похоже на поиск пульса или на то, что он лежит на кровати и прислушивается к стуку собственного сердца: сейчас он не только всем существом ощущал проходившую по его телу энергию, но осторожно направлял ее поток в кончики пальцев. Вскоре они перестали мерцать.

В следующий миг он почувствовал ее – нежную, густую, шелковистую шерсть. Элла громко заурчала, когда он принялся почесывать ее в тех местах, где она особенно любила.

Кошка перевернулась на спину, и Тристан громко рассмеялся. Когда он стал чесать ей живот, кошачий мотор заработал с громкостью игрушечного вертолетного пропеллера.

Внезапно он потерял это ощущение. Солнечный свет вдруг стал серым. Элла перестала мурлыкать. Тристан оцепенел. Он стоял и ждал, судорожно втягивая в себя воздух, словно пытался выровнять дыхание, которого у него уже не было.