«Отлично! – одобрила Лэйси. – Никогда не думала, что я такая классная учительница».

Трава и деревья медленно обрели цвет. Небо вновь стало ярко-голубым. Только Элла, вскочив на лапы, недоверчиво принюхивалась, давая понять, что здесь все-таки что-то не так.

Тристан устало повернулся к Лэйси.

«Я никогда не смогу до нее достучаться. Если это все, на что я способен, она никогда меня не услышит».

«Мы опять говорим о твоей подружке?»

«Ты знаешь, как ее зовут».

«Айви. Символ верности и неумирающей любви [v] . Ты хочешь передать ей что-то важное?»

«Я должен убедить ее в том, что люблю ее».

«И все? – скорчила гримаску Лэйси. – Это все?»

«Может быть, в этом и заключается моя миссия», – сказал Тристан.

«Нет, только не это!»

«Знаешь, я уже устал от твоего сарказма», – резко заявил Тристан.

«А мне не по душе твоя тупость, – парировала Лэйси. – Тристан, если ты думаешь, что наш Главный Режиссер взял на себя труд превратить тебя в ангела только для того, чтобы ты мог признаться в любви своей подружке, то ты еще глупее, чем кажешься. Миссия не может быть такой простой и такой идиотской».

Тристан хотел огрызнуться, но вовремя заметил, что на этот раз Лэйси говорит с ним без мелодраматических модуляций и жестов. Она была серьезна.

«Я все равно ничего не понимаю, – упрямо ответил он. – Как я могу догадаться, в чем заключается моя миссия?»

«Наблюдай. Слушай. Будь рядом с людьми, которых знал при жизни или рядом с теми, к кому тебя тянет, – возможно, именно им ты послан на помощь».

Нечего сказать, хорошее объяснение! Тристан не имел ни малейшего представления о том, кому на всем белом свете могла понадобиться его сверхъестественная помощь.

«Это немного похоже на детектив, – пояснила Лэйси. – Только в обычном детективе ищут ответ на вопрос «кто сделал это», а мы с тобой должны выяснить «кто сделал неизвестно что». Чаще всего ты не знаешь, какую проблему тебя послали решать. А иногда этой проблемы вообще еще нет – ты должен спасти неизвестно кого от того, что случится с ним в будущем».

«Ты права, – вздохнул Тристан. – Это все непросто».

Они прошли мимо теннисного корта и, обогнув дом, вышли к фасаду. Элла, сопровождавшая их всю дорогу, вырвалась вперед и взлетела по ступенькам.

«Но даже в том случае, когда событие должно произойти в будущем, – продолжала Лэйси, – ключ к нему, скорее всего, спрятан в твоем прошлом. Не случайно же ангелом сделали именно тебя! К счастью, нам совсем нетрудно путешествовать во времени».

Тристан остановился и поднял брови.

«Путешествовать во времени?»

Лэйси легко вскочила на машину Грегори, брошенную на дорожке перед домом.

«Я имела в виду, в воображении. Понимаешь, многое забывается. В нашем прошлом могли быть какие-то зацепки, на которые мы в свое время не обратили внимания, но эти зацепки до сих пор там, и их можно найти, вернувшись обратно».

Лэйси говорила все это, растянувшись на капоте машины. Потом подняла голову и посмотрела на Тристана взглядом крутой модели Аддамс, рекламирующей автомобили.

«Возможно, – интригующе протянула она, – когда-нибудь я научу тебя путешествовать во времени. Но учти, что путешествие в чужом сознании, это занятие не для дилетантов, вроде тебя. Это тебе не игрушки. Честно говоря, это может быть довольно опасно, – пояснила она и тут же воскликнула: – Эй, Нытик, перестань киснуть!»

«Я не кисну. Я думаю».

«Тогда подними глаза», – усмехнулась Лэйси.

Тристан посмотрел на крыльцо дома и увидел Айви. Она стояла в дверях и смотрела на дорогу, словно ждала кого-то.

«О милая! О жизнь моя! О радость! Стоит, сама не зная, кто она!» – нараспев произнесла Лэйси.

Тристан, не отрываясь, смотрел на Айви.

«Шекспир, «Ромео и Джульетта». Действие второе, сцена вторая. Кстати, я пробовалась на роль для постановки «Шекспир в парке». Режиссер по подбору актеров хотел дать мне роль».

«Здорово, – рассеянно ответил Тристан. Ему хотелось, чтобы она замолчала, а еще лучше – исчезла. Он хотел остаться один, чтобы любоваться Айви – прекрасной, золотоволосой Айви, которая легкой походкой подошла к ступеням и наклонилась, чтобы взять на руки Эллу».

«Между прочим, этот режиссер сказал, что за такой талант, как у меня, не жалко жизнь отдать».

«Отлично, – небрежно бросил Тристан. – Почему кошки не разговаривают? Элла, скажи ей! Расскажи ей все, что ты знаешь…»

«А главный режиссер – весь такой из себя, представляешь? – заявил, что ему нужно!более классическое» лицо и более правильный голос, без нью-йоркского диалекта. Нет, ты можешь в это поверить?»