Или не все?!

А как же быть с тем, что тут произошло? Как быть с О’Доннелом, моим агентом, которого выпотрошили, как свинью, из-за того, что он работал на меня? Как быть с полковником, который все это устроил – он что, останется безнаказанным? Выйдет чистеньким из всего этого дерьма? Как быть с Риджвеем – сначала его обвинили в том, что он прохлопал подготовку теракта, а теперь окажется, что один из его подчиненных, за которого он не раз вступался – русский агент? Это как – нормально? Могу ли я говорить о том, что я человек чести, если так поступлю? Да, я немало сделал, чтобы наказать тех, кто был причастен, но как же быть с непричастными?

Азартовать не велю и не советую, но брать деньги и не служить – стыдно…

И я принял решение. Моим кодовым номером было Н81 – так назывались кожаные туфли типа «монк» коричневого цвета. И я открыл ящик для заявок прямо на этом сайте и оставил запись о том, что нуждаюсь в дополнительной информации по модели Н81. Указал и номер ящика – его я открыл больше года назад и с тех пор им не пользовался. На условном языке это значило – вернуться не могу, нуждаюсь в личной встрече с куратором…

Пацану дал немного «на чай» – как это принято. Теперь надо появиться дома – и обзавестись наконец-то пистолетом, а то и в самом деле, как голый хожу.

Они встретились в районе Вест-Дрейтон, что на западе столицы Великобритании, Лондона, в небольшой придорожной забегаловке, где гость столицы может посидеть, съесть знаменитый британский пудинг и выпить чашку кофе или кружку эля. Название у этого заведения было странное, как и у многих других британских общественных заведений – «Gates», «Врата». Хозяин встречи углядел в этом некий символизм.

Причин, почему среди множества вариантов избрано было именно это место встречи, множество. Первая и самая главная – совсем рядом была кольцевая дорога, опоясывающая Лондон, – М25, с очень интенсивным движением, перекрыть ее полицейскими силами, если возникнет такая необходимость, практически невозможно, а вот затеряться в транспортном потоке – запросто. Вторая – совсем рядом главные воздушные ворота Великобритании и Лондона – международный аэропорт Хитроу. Этот аэропорт, пропускающий в год до сотни миллионов пассажиров, настолько оживлен и бестолков, что на его гигантской территории можно спрятаться не только одному человеку – там мог спрятаться целый полк. Третья причина – гость должен был прилететь сюда с Востока, и по территории Великобритании перемещаться он хотел как можно меньше, окрестности аэропорта в качестве места встречи его вполне устраивали. Ну и последнее – гость родился всего в нескольких километрах отсюда и знал эти места как свои пять пальцев, более того – скучал по ним. Поэтому встречу назначили ровно на полдень, во «Вратах».

Хозяин встречи прибыл первым. На сей раз он избрал личину водителя разъездного фургона – недовольное лицо, измазанные в машинном масле руки, джинсы, свитер и рабочий халат, тоже заляпанный пятнами поверх. Какая-то свернутая толстая газета под мышкой. Старый, носатый фургончик «BMC» с эмблемой дешевой службы доставки, который на ходу откашливался дымом и завывал изношенной коробкой передач. Монах вошел в заведение, недовольно огляделся, заказал «ленч работяги» и отправился его поглощать на угловой, самый дальний от входа стол.

Несмотря на весь оперативный опыт Монаха, он так и не заметил, когда появился Бухгалтер. Тот словно вырос из пола, только что его не было – и вот он стоит перед тобой. Загорелый, чуть постаревший – но это, безусловно, был он, Бухгалтер. Дешевый серый плащ, очки в роговой оправе. Бухгалтер…

– Извините… Здесь не занято?

– Присаживайтесь… – нарочито раздраженно, делая вид, что тут, конечно, лишнему человеку не рады, но и отказать нельзя, сказал Монах.

– Спасибо… Погодка сегодня не очень… С утра обещали дождь, потом солнце – а вот дождя нет, зато тучи…

Посидели. Помолчали, поглощая свой ленч. Потом Монах тихо, едва шевеля губами, заметил:

– Ты переигрываешь…

– В чем? – так же тихо спросил Бухгалтер.

– Загар. Не вяжется в картину…

– Его быстро не уберешь. Кроме того – я ведь могу ходить в солярий?

– Не вяжется, – настойчиво повторил Монах, – в солярий ходят те, кто следит за собой, а не простые пожилые счетоводы. Впрочем, ладно… Где ты сейчас?

Бухгалтер не ответил – он дожевывал сосиску, и Монах понял, что задал лишний вопрос, на который не получит ответ…

– Как ты?

– Лучше, чем когда бы то ни было. Вы вернулись, сэр?

– Нет. Я в отставке.

– Жаль… – Бухгалтер пожевал губами. – Если бы вы были на своем посту тогда, когда все это дерьмо заварилось в Бейруте, возможно, все бы сейчас шло по-другому…

– Возможно. Ты сейчас не в Британии?

– Нет… У нас со службой заключено небольшое соглашение. Они раз и навсегда отказываются от мысли ликвидировать меня, а я отказываюсь от мысли купить себе небольшую лавочку в тихом пригороде Лондона и прожить там остаток своих дней. Монстрам, подобным мне, не место в тихих пригородах, сэр…