— Наверное, — зевнув, сказала Рева. — Я никогда не могла понять, что означают мои сны. Знаю только, что это было странно.

— Ты уверена, что не хочешь, чтобы я приехал?

Прежде, чем девушка успела ответить, снаружи раздался громкий стук. Это был знакомый звук захлопнувшейся двери машины.

— Виктор, прости, но я должна идти. Ко мне кто-то приехал, — сказала она, подбегая с телефоном к окну.

Отодвинув занавески, Рева посмотрела во двор. Послышался визг шин, и она увидела отъезжающую машину, но ни марки, ни номера разобрать не успела. А что это лежит там на газоне? Большой мешок? Сумка? Она прищурилась, но не могла ничего понять.

— Кто это? — спросил Виктор.

— Не знаю. Я тебе потом позвоню. — И нажала на кнопку телефона, швырнув его на кровать.

Потом побежала вниз по покрытым ковром ступеням, схватила с вешалки жакет, набросила его на плечи и открыла дверь. Выбежав на улицу, она устремилась к странному объекту на газоне.

Ночь была холодная и ясная. Изо рта у Ревы вырывался пар. Деревья, украшенные светящимися гирляндами, излучали странный свет. Она подошла ближе и ахнула. Тело. Тело лежало на газоне, раскинув руки. Тело девушки. Пэм! Тяжело дыша, Рева опустилась на колени рядом со своей сестрой.

— О нет, — простонала она. — Они убили ее.

Глаза Пэм были закрыты, волосы спутанными прядями разбросаны по плечам. Лицо, освещенное бледным светом фонарей, казалось совершенно серым.

— Они убили ее, — пробормотала Рева. Сглотнув ком в горле, внезапно пересохшем, она почувствовала, как по спине побежал холодок.

Подняв глаза, девушка увидела, как по газону к ней бежит какая-то низкая, темная фигура. Рева вскочила на ноги и поняла, что это всего лишь Кинг, их сторожевая собака. Большой пес опустил голову и издал тихий, низкий стон.

— Все нормально, Кинг, — сказала хозяйка тоненьким испуганным голосом. — Все нормально, дружок. Успокойся. Ну, успокойся.

Некоторое время пес смотрел на нее красными от света рождественских фонариков глазами, затем послушно сел на краю газона. Рева услышала тихий стон и опустила глаза. Пэм моргнула — один раз, другой, потом опять застонала, открыла глаза и уставилась на сестру.

— Пэм! — воскликнула та, снова опускаясь на колени рядом с кузиной. — Пэм! Ты жива!

Пэм с огромным трудом подняла голову, но это усилие оказалось для нее чрезмерным. Поморщившись от боли, она закрыла глаза и снова опустила голову на газон.

— Ты жива! — повторила Рева, гладя сестру по грязным, спутанным волосам.

— Я в этом совсем не уверена, — простонала Пэм.

— Давай пойдем в дом, — ежась от ужаса, сказала Рева. — Как думаешь, ты сможешь?

— Давай попробуем, — слабым голосом ответила девушка. — Я… меня связали, и ноги совершенно онемели.

Рева помогла ей медленно подняться на ноги, потом, заставив опереться на себя, обняла за талию и повела к дому.

— Они… они вырубили меня и, когда я начала приходить в чувство, выкинули из машины, — говорила Пэм, пока сестра укладывала ее на кожаный диван в гостиной. — Я ударилась головой об асфальт и, видимо, во второй раз потеряла сознание.

— Лежи спокойно, — сказала Рева, подкладывая под ее голову мягкую атласную подушку. — Вот так. Сейчас принесу тебе воды.

— Спасибо. — Пэм закрыла глаза. — Меня… меня немного мутит. Я очень слабая, вся дрожу. Понимаешь? Все дрожит, и сердце колотится.

— Я позвоню доктору Симмсу, — ответила Рева, устремляясь на кухню, — и твоим родителям. Они будут так рады! И в ФБР позвоню, у меня записан номер. И в полицию.

Она отправилась на кухню, налила для кузины стакан холодной воды, обернулась… и вскрикнула от неожиданности. В проеме кухонной двери стояла Пэм.

— Эй! Ты напугала меня!

— Извини, — пробормотала та, закрывая свои зеленые глаза.

— Ты должна лежать.

— Я не хотела оставаться одна, — испуганно сказала Пэм. — Я… я такая слабая. Просто посижу тут.

И опустилась на деревянный кухонный стул.

— Как это произошло? — спросила Рева, наблюдая, как сестра жадно глотает воду. — Как тебе удалось выбраться?

— Они очень долго спорили из-за того, что со мной сделать, — ответила девушка, нервно перебирая волосы. — Их было двое.