И смилостивился, добавив в спины уже скатывающимся по щебенке солдатам:

– Правее забирайте. Там, где лесок. А то еще на кого напоретесь…

Уже оказавшись внизу, под сенью раскидистых деревьев, ребята поняли, что давно не ощущают привычного в последние недели холода. Наоборот, стояла почти по-летнему теплая ночь, шумела под легким ветерком листва и где-то даже пиликал сверчок.

– Ребята! – восхищенно охнул Анофриев, разом позабывший про субординацию, прихлопывая на шее пару комаров, от которых уже успели отвыкнуть по ту сторону склона за полным вымерзанием последних. – Да ведь мы действительно куда-то попали!

– А то! – самодовольно, будто самолично сотворил эту теплую ночь, ответил Сергей, великодушно простив неразумному «духу» «ребят». – Еще не то будет!..

Что будет, конечно, никто не знал, даже сам «экскурсовод».

Время поджимало, и бойцы, пригибаясь, пробежали краем леса к видневшемуся за деревьями озеру.

Вот и берег, усыпанный мелкой галькой.

Все. Что делать дальше, никто не знал. Да, они попали в заветный «мир иной», да, приключение удалось на все сто процентов, но стояла глухая ночь, кругом не было видно ни зги, а до возвращения оставалось уже меньше часа…

Володька со вздохом присел на корточки и опустил ладонь в лениво набегающую на берег волну.

– Теплая… Почти как летом…

Остальные тоже попробовали и убедились, что вода в озере ничем не напоминает ледяную, смерзающуюся утрами у берегов, оставшуюся «по ту сторону».

Сергей вдруг вспомнил родные пруды, «ставки», в которых окрестная пацанва плескалась с мая по сентябрь, и так остро ощутил, что не плавал в «живой» воде уже ровно два года, что засвербело во всем теле… «Забрили» ведь его в апреле, когда купальный сезон завершился давным-давно, а до нового было далеко…

– Мужики! – вдруг выскочило у него само собой. – Давайте искупнемся хоть! А то обратно уйдем – и вспомнить нечего…

Кулик горячо поддержал друга и тут же принялся скидывать уже расстегнутый от неожиданного тепла бушлат, а Анофриев смущенно заявил, что не умеет плавать.

– «Дух» он и есть «дух»! – подытожил младший сержант, уже раздевшийся до пояса. – Никчемное создание! Где вас только делают таких?..

– Там же, где и всех, – вступился за ни в чем не повинного парня Вовка. – Пусть одежду караулит. Тоже польза.

– А куда она денется? – беспечно ответил Сергей, скидывая кальсоны и нагишом забегая в воду. – Нет же никого.

– Вы бы это… потише…

«Дух» тоже скинул бушлат и сапоги, размотал неумело накрученные портянки и опустил босые ноги в ласковую воду.

Однако сдержанности ребятам хватило ненадолго. Чего же ждать от мальчишек, которым совсем недавно стукнуло девятнадцать? Дети…

Они и плескались, как дети, ныряли, брызгались и топили друг друга, забыв обо всем, пока всю троицу не накрыл яркий свет прожектора и громовой властный голос не проорал:

– Всем оставаться на местах! Руки вверх, оружие на землю! Стреляю без предупреждения!..

Наверное, три испуганные фигурки – две голые и одна полураздетая – в неземном свете мощных ламп представляли очень комичное зрелище, но им самим так совсем не казалось…

– Вы понимаете, что натворили ваши бойцы, майор?

Майор Зарецкий стоял перед двумя «камуфляжными» и собственным непосредственным начальником подполковником Сундуковым навытяжку, даже не делая попытки оправдаться.

Слыханное ли дело: трое солдат из его батальона не просто ушли в самоволку, в то время, когда часть стоит на боевом дежурстве, можно сказать, дезертировали – они еще и неизвестным образом пробрались на сверхсекретный объект, где и были изловлены охраной. Смягчающим обстоятельством, правда, являлось то, что оставили часть они без оружия, но секретность перевешивала все обстоятельства.

– Так точно, товарищ подполковник! – отчеканивал Зарецкий в ответ на все обвинения, глядя оловянными глазами в кокарду на высокой тулье командирской фуражки.

Плакала горькими слезками квартира в Кедровогорске, на которую он уже было нацелился, очередное звание, повышение по службе… Перед его мысленным взором проплывали капитанские погоны, давно и благополучно забытые, вполне возможный «суд чести», отставка…

Солдат обратно так и не доставили, что само по себе говорило о многом: либо они там, по ту сторону, увидели что-то очень-очень секретное, чего видеть нельзя ни под каким соусом, либо… О последнем думать вообще не хотелось – мальчишки все-таки… А из речи командира, судя по всему, тоже от души вздрюченного, понять – живы они или нет – вообще было невозможно. Может быть, бежать попытались с перепугу и…