— Проверяла. Путов забронировал место на сегодняшний рейс в двенадцать сорок пять на Бостон.

— О'кей. Это мы проверим. — Я подумал немного и добавил: — Интересно, почему он прибыл на эту встречу позже остальных и, по всей вероятности, остался, когда все уже уехали?

— Это зависит от того, зачем он приехал. Может, у него какие-то нефтяные дела с Мэдоксом.

— Мистер Мэдокс — человек слишком занятой. У него очень много дел. Устраивает дружеское сборище со старыми и влиятельными приятелями, потом убивает федерального агента, потом вдруг встречается с русским из Кембриджа, штат Массачусетс. Понять не могу, как он все это успел, да еще и нас с тобой принял.

— Не думаю, что Харри входил в его планы на уик-энд, — заметила Кейт.

Но вполне возможно, все же входил.

Мы повернули на восток и поехали по шоссе восемьдесят шесть. Кейт, кажется, доставляло большое удовольствие гнать по узкой дороге, едва разъезжаясь с огромными грузовиками, мчащимися навстречу.

— Сбрось скорость, — попросил я.

— Не могу. Педаль газа заело, тормоза отказали. Так что закрой глаза и поспи немного.

У Кейт, выросшей в сельской местности, полным-полно таких вот идиотских дорожных шуточек, ни единая из которых не кажется мне смешной.

Я сидел, уставившись в ветровое стекло.

— Мне бы надо позвонить Джону Насеффу. Ты его знаешь?

— Нет, но у него очень милое имя.

— Он из УКР ВМФ, прикомандирован к АТОГ.

— Из чего? — переспросил я.

— Из Управления криминальных расследований ВМФ. Занимается связью.

— Вот и спроси его насчет моего мобильника.

Это она проигнорировала и продолжила:

— Я все думаю про этого Фреда. Помнишь, флотского отставника. Ну так вот, если эта зацепка чего-то стоит, то нужно спросить у человека, имеющего отношение к флоту и к системам связи, что такое СНЧ. Может, на что-то выйдем.

Не уверен, что меня полностью устроила ее аргументация, но, похоже, Кейт была права. С другой стороны, мне очень не хотелось обращаться с подобными вопросами в дом двадцать шесть по Федерал-плаза.

— Я не хотел бы звонить к нам в контору.

— Да почему не позвонить? Мы же там работаем.

— Ага, только сама ведь знаешь, как у нас разносятся сплетни.

— Это не сплетни! Мы все обмениваемся информацией и добываем ее. Информация — это власть. Правильно?

— Только когда держишь ее при себе. Давай просто залезем в Интернет и выясним, что такое СНЧ.

— Вот ты и залезь. А я позвоню специалисту.

— О'кей… только играй с ним втемную. Ну, типа: «Эй, Джон, мы тут поспорили насчет всяких этих низкочастотных радиоволн. И моя сестра утверждает, что может сварить на них яйца вкрутую, а муж считает, что от них поджариваются мозги». Ладно?

— Хочешь, чтобы он принял нас за идиотов?

— Именно.

— Я не так хорошо, как ты, умею разыгрывать из себя кретинку.

— Тогда я позвоню ему сам.

— Ладно, позвоним вместе.

Мы приехали в Рэй-Брук, и Кейт сбросила скорость. Через пару мгновений мы въехали на парковку полиции штата. Было восемь ноль пять утра.

Кейт взяла свой портфель, и мы пошли к зданию управления, но тут из ряда припаркованных машин вылетела одна и остановилась прямо перед нами.

Я еще не понял, в чем дело, но уже был наготове.

Стекло водительской дверцы опустилось, и оттуда высунулась голова Хэнка Шеффера:

— Запрыгивайте!

Это была «краун-виктория» без полицейских опознавательных знаков. Я сел спереди, Кейт — на заднее сиденье.

Я терялся в догадках, зачем ему понадобилось ждать нас в машине вместо вестибюля, но он прояснил ситуацию:

— На меня с утра гости свалились.

Вопросы задавать уже не требовалось.

Он выехал на шоссе и пояснил:

— Шестеро. Трое из нашего нью-йоркского офиса, двое из Вашингтона и один из вашей конторы.

— Ага, — сказал я. — Их направило правительство, и они прибыли помогать вам.

— Пока что они помогают сами себе — роются в моих досье.

Кейт произнесла с заднего сиденья:

— Извините. Я все-таки из ФБР.

Я обернулся к ней:

— Мы вовсе не критикуем ФБР, дорогая.

Ответа не последовало.

Я спросил у Шеффера:

— А из АТОГ кто приехал?

— Парень по имени Лайам Гриффит. Знаете его?

— Еще бы. Он из отдела профессиональной ответственности.

— Это еще что за чертовщина?

— А это федералы именуют так наш отдел внутренних дел.