— Эти четверо составляют наш исполнительный совет, — пояснил Мэдокс.

— Какой исполнительный совет?

— Нашего клуба.

— Ага. И о чем же вы, парни, разговаривали?

— О планах «Грин» и «Адское пламя».

— Отлично. И как прошло обсуждение?

— Прекрасно. — Он посмотрел на часы, я глянул на свои. Было девятнадцать тридцать три, и Уолш, наверное, наконец вспомнил о своей личной электронной почте. И еще оставалась надежда, что скоро сюда прибудет полиция штата. Но я на это не рассчитывал.

— Ну а теперь, — сказал Мэдокс, — у меня есть несколько вопросов к вам. Вы сегодня одни?

Я выдал вполне приличную имитацию смеха:

— Конечно.

— Впрочем, — заметил он, — в данный момент это не имеет значения.

Мне было неприятно это услышать.

— И как вы все раскопали? — спросил он.

Я был рад его просветить.

— Это Харри Маллер. Он написал нам записку на внутренней стороне своего кармана.

— Ах вот как… Умно придумано.

— Чтоб тебе сдохнуть, — сказал я.

Он не обратил на это никакого внимания и вдруг спросил:

— Вы никогда не слышали про «Адское пламя»? — И тут же пояснил: — Это крайне секретный план.

— Сказать по правде, Бэйн, я читаю далеко не все приходящие мне сообщения и справки из Вашингтона. — Я обернулся к Кейт, которая стояла спиной к камину, засунув руку в карман, где у нее был пистолет. — Кейт, ты когда-нибудь слышала про «Адское пламя»?

— Нет.

Я повернулся обратно к Мэдоксу и пожал плечами:

— Видимо, мы пропустили этот документ. А в чем там дело?

Он, кажется, начал раздражаться.

— Это не могло попасть ни в какой документ, Джон. Думаю, у вас уже есть большая часть необходимого, так что превозмогите свою интеллектуальную лень и сами сведите все воедино. Не ждите, что я это сделаю за вас.

— Он назвал нас лентяями! — сказал я Кейт. — И это после проделанной титанической работы!

— В принципе, — признал Мэдокс, — вы практически раскрыли дело об убийстве и оказались ближе, чем я думал, к раскрытию другого дела. Но вам еще нужно свести все воедино.

— О'кей. — Я отошел к французским дверям и распахнул их.

Ночь была великолепна, яркий полумесяц сиял почти над головой, освещая поляну позади дома.

Вдали виднелась металлическая крыша генераторной — все три трубы извергали в небо дым. И еще я увидел три вездехода и черный джип — они объезжали дальнюю часть территории, словно охраняя генераторы.

— Как я вижу, дизели работают вовсю.

— Правильно. Они только что прошли техобслуживание.

Я прошел обратно к бару, где по-прежнему стоял Мэдокс.

— Значит, шесть тысяч киловатт.

— Верно. Откуда вы это узнали? В «Потсдам дизеле»?

Вместо ответа я спросил:

— А где у вас СНЧ-передатчик?

Он, кажется, не удивился и тут же ответил:

— Я не особенно поражен, что вы догадались об СНЧ-станции. Об этом всем известно, любой может зайти и посмотреть на генераторы, на кабели. И про это место в Адирондакских горах тоже все знают.

— Где передатчик, Бэйн?

— Я его вам покажу. Попозже.

— А мне кажется, теперь самое время.

Это он проигнорировал, и мы уставились друг на друга, глаз в глаз. И он вовсе не выглядел человеком, у которого возникли серьезные проблемы.

— Ну как, пришли к каким-нибудь сногсшибательным заключениям? Кейт? Будете кричать «Эврика!»?

— Четыре ядерные бомбы в чемоданах были переправлены двумя вашими самолетами в Лос-Анджелес и Сан-Франциско.

— Правильно. Что дальше?

— И ваш СНЧ-передатчик пошлет сигнал на взрыв этих устройств, когда они достигнут мест назначения.

— Так… тепло.

Мне уже начал надоедать этот вздор, и я сказал Мэдоксу:

— Игра окончена, приятель. Я арестую вас за убийство федерального агента Харри Маллера. Повернитесь, положите руки на стойку и поставьте ноги пошире. — Прикрой меня! — бросил я Кейт и шагнул к Мэдоксу. Он даже не шевельнулся.

Я услышал голос Кейт:

— Джон!..

Я обернулся и увидел в дверях Карла с охотничьим ружьем в руках. Оно было нацелено на Кейт.

У двери, ведущей в игровую комнату, возник еще один человек с наведенной на нас винтовкой «М-16».