Кейт уже подошла ко второй каталке и начала обнюхивать рубашку Харри.

— Нет, я совсем не уверена… может, конечно, это и табачный дым…

Я же не чувствовал ничего, кроме ментолового запаха «Викса» у себя под носом поэтому сказал:

— А кто из наших знакомых курит?

Она кивнула.

Мы просмотрели всю одежду, вещь за вещью, отметили наличие прозрачной липкой ленты, которой доктор Глизон прикрепила к ткани четыре волоска животного происхождения. Мы не делали ничего такого, что нам не полагалось бы делать, однако, с другой стороны, не должны были здесь находиться; нам следовало быть в штаб-квартире полиции штата в Рэй-Брук. И еще: мы ничего не записывали, а тот, кто производит осмотр вещдоков, обязан все заносить на бумагу. Кроме того, скоро сюда прибудут следователи из ФБР и полиции штата, которым может не понравиться, что мы тут уже ошивались до их приезда. Другими словами, мы попали в своего рода «мертвую зону», в которой я, правда, и так нахожусь большую часть своего служебного времени. И что еще более важно, мы очень вовремя сюда поспели, но теперь пришла пора уносить ноги.

— Поехали, — бросил я Кейт.

— Ты только взгляни на это! — сказала она в ответ.

Я подошел ближе. Она держала в руках камуфляжные штаны Харри, вывернув наружу их правый карман.

— Видишь?

Я осмотрел белую ткань кармана и заметил синие отметки, сделанные, похоже, шариковой ручкой.

— Это могут быть буквы, — предположила Кейт.

И в самом деле, могут быть. Как будто Харри что-то писал на белой ткани, засунув руку в карман. Или, если он столь же неряшлив, как и я, просто сунул туда ручку без колпачка.

Кейт разложила штаны на каталке, и мы склонились над ними, пытаясь расшифровать синие значки. Это и впрямь оказалась паста шариковой ручки, и знаки явно были не случайными.

— Ну давай, ты первая.

— О'кей… тут три группы знаков… первая — самая читаемая, кажется, М-Э-П… вторая группа — это Я, потом Д, звездочка, нет, это Е… и последняя группа как будто С-Н-Ч. — Она взглянула на меня. — Ты знаешь, что такое СНЧ?

Я смотрел на значки.

— Нет, это не МЭП; может быть, МЭД?.. Он же вслепую писал, сунув руку в карман, верно?

— Похоже…

— Потом ЯДЕ, а за ним еще знак, он почти не виден, поскольку тут шов… значит, наверное, ЯДЕР.

Мы посмотрели друг на друга, и Кейт сказала:

— Ядер? Значит, ядерный?

— Надеюсь, что нет. А вот последняя группа читается четко. СНЧ.

— Ага… что он пытался нам сообщить? Про Мэдокса? Про что-то ядерное? И что такое СНЧ? Что это? Может, он хотел написать СПАСИТЕ?

— Нет. Тут все четко написано: СНЧ.

Я снова глянул на часы, потом на дверь.

— Пора отсюда сматываться. — Я засунул карман обратно в штаны. — Пусть они сами с этим разбираются.

Мы стянули резиновые перчатки и бросили их в мусорный бачок с крышкой. Потом я еще раз подошел к телу Харри и посмотрел на него. Кейт тоже подошла и взяла меня за руку. Вскоре я снова увижу Харри, на похоронах, одетым в прежнюю форму.

— Спасибо за наводку, старина. Мы все поняли. — Я натянул на Харри синюю простыню и направился к двери.

Мы покинули операционную и быстро прошли по коридору к посту дежурной медсестры. Я спросил у стоявших там полицейских:

— Пистолет и документы покойного у вас?

— Да, сэр.

— Я хочу забрать его полицейский жетон — передать семье.

Старший заколебался:

— Боюсь, я не могу вам его отдать. Вы же знаете… это же…

— Его никто нигде пока что не регистрировал. И никто не узнает.

Второй полицейский сказал своему напарнику:

— По-моему, это правильно.

Старший открыл пакет для вещдоков, лежавший на стойке, достал жетон и подтолкнул его ко мне.

— Спасибо. — Я положил жетон в карман.

Второй полицейский спросил:

— Думаете, это убийство?

— А вы сами как думаете?

— Ну, — ответил он, — я видел тело на тропе до того, как его забрали в машину «скорой помощи», и считаю, что единственный способ застрелить этого парня — вашего друга — в спину в таком густом лесу — это если стрелок стоит прямо за его спиной. Понимаете?

— Ага.

— Значит, никакой это не несчастный случай. Ну разве что все произошло ночью и стрелок думал, что увидел на тропе оленя… Вашему другу следовало бы надеть что-то светоотражающее или оранжевое. Понимаете?

— Но охотничий сезон еще не открыт.

— Да, но все-таки… некоторые местные и не ждут, пока сезон откроется.

— Понятно.

— Да уж. Все равно очень жаль, что так получилось.

— Спасибо.

Второй полицейский тоже выразил свои соболезнования, а за ним и две медсестры. По-моему, им было неприятно думать, что это несчастный случай на охоте, когда сезон еще не открыт. Или, что еще хуже, убийство обычного туриста в этом замечательном уголке природы.