— Привет, Том, — ответил я. — Это муж Кейт.

— Ох… вы и звонки вместо жены принимаете, да? Я разговариваю с Кейт.

— Нет, вы разговариваете со мной. И если еще раз посмеете повысить голос на мою жену, я вас на куски порву. Это понятно?

Он не сразу ответил:

— И в итоге сядешь под арест, парень.

— Вместе с тобой.

— Не думаю.

— А я думаю. И кстати, я просмотрел входящие звонки на телефоне Харри и увидел, что вы забыли нам сообщить, что звонили ему вечером в воскресенье, а дежурный звонил всю ночь.

Это на минутку заткнуло ему рот.

— Ну и что? — наконец спросил он.

Я чувствовал, как ухудшаются наши профессиональные взаимоотношения и он уже обдумывает наилучший способ подвести меня к самому нежелательному событию в моей карьере, то бишь к увольнению. И заявил:

— Несмотря на все ваши замечательные усилия, я все равно доберусь до сути этого дела.

К моему удивлению, он ответил:

— Если сумеете, не забудьте поделиться со мной.

Полагаю, это должно было означать, что Вашингтон тоже темнит в своих разговорах с ним. Могло оказаться именно так. Но могло и не оказаться. В любом случае Уолш исполнял приказы, а я нет, что создавало для специального агента и начальника Тома Уолша определенные проблемы.

— В конечном счете вы будете меня благодарить за проявленную необыкновенную инициативу, — добавил я.

— Ваша гребаная инициатива выглядит скорее как неповиновение и отказ выполнять приказания. Плюс к тому вы тратите кучу времени и сил, выполняя работу Бюро, вместо того чтобы заниматься собственным делом.

— А в чем оно состоит?

— Вам требовалось найти Харри. Его уже нашли. Можете возвращаться домой.

— Нет, теперь мне нужно найти убийцу.

— Вам нужно найти убийцу? Вам? И почему это всегда должны быть вы?

— Потому что вам я не доверяю. И тем, на кого вы работаете.

— Тогда подавайте в отставку.

— Ну вот что: если я ничего в этом деле не обнаружу, мое заявление об отставке тут же будет у вас на столе.

— Когда?

— Через неделю.

— Заметано. По крайней мере это избавит меня от необходимости возиться с бумагами, чтобы выкинуть вас вон.

— А мне неохота больше слушать эту чушь, что мы отставлены от расследования.

— Одна неделя!

Я передал трубку Кейт.

— Том, пожалуйста, позвоните майору Шефферу и предупредите, что мы официально назначены проводить расследование по этому делу, а он должен оказывать нам всяческие любезности, делать одолжения и все такое прочее.

Уолш что-то сказал, и Кейт ответила:

— Нет у нас никакой новой информации или ниточек, но если появятся, мы, несомненно, тут же поставим вас в известность.

Полагаю, она запамятовала о том, что мы обнаружили в кармане Харри, а также о нашем разговоре с судмедэкспертом. Избирательная память — часть «метода Кори», когда имеешь дело со всякими боссами.

Она еще немного послушала, начала было говорить, но поняла, что связь прервалась, и выключила телефон.

— Итак, у нас всего семь дней, чтобы совершить чудо; в противном случае нас выкинут на свалку.

— Нам такое не впервой.

— И лучше, чтобы это было очень большое чудо. Всякая мелочь вроде обнаружения какого-нибудь тупого охотника, который признается, что убил Харри случайно, не прокатит.

— О'кей. Вполне приемлемо.

— И если мы вознамерились пришить это убийство мистеру Бэйну Мэдоксу, но не докажем этого, Уолш лично позаботится, чтобы мы кончили жизнь охранниками на Аляске.

— Это уже становится вызывающим!

— Точно. Ну, ты сам напросился со своим длинным языком.

— Спасибо за напоминание. Что еще?

— Ну… он сказал, что наше расследование ограничивается рамками подозрения в убийстве. И ничего более в отношении Мэдокса. Этим займется министерство юстиции.

— Ну конечно. Совершенно ясно.

Она посмотрела на меня, пытаясь понять, не сарказм ли это. Могла бы и сэкономить усилия.

— Ты опять был с ним груб.

— Он меня бесит.

— А ты не принимай так близко к сердцу. Не лезь в драку, и не надо меня защищать. Я сама могу это сделать и сама выберу для этого и место, и время.

— Есть, мадам.

Она снова взяла меня за руку.

— Но все равно спасибо. Ты только забыл ему сказать, чтобы катился к черту.

— Это подразумевалось.

— Джон, мне кажется, он напуган.

Я обдумал это предположение.

— Пожалуй, ты права. А ты забыла сообщить ему о том, что мы обнаружили в морге.