Шрифт:
В полумраке черными пятнами мелькали дома. Я крепко сжимала руль обеими руками.
Он был таким твердым, таким надежным, будто связывал меня с реальным миром. Мне казалось, что стоит только разжать пальцы, я вылечу из машины в темный призрачный мир и затеряюсь там навеки.
Подъезжая к своему дому, я выключила фары, чтобы Люси, если она, конечно, дома, не заметила меня. Мне хотелось застать ее врасплох.
Но возле дома не было родительской машины. И у входа горел фонарь. Когда мы все уходим из дома, то оставляем его включенным.
— Где же ты? — произнесла я вслух, вглядываясь в темные окна. — Куда тебя унесло на ночь глядя? Люси, мне нужно срочно вернуть свое тело.
Интересно, а ей удалось обмануть моих родителей? Они принимают ее за меня? Называют ее Николь, как ни в чем не бывало?
Я включила фары и стала разворачиваться обратно.
Не сидеть же здесь просто так — придется мотаться по городу, пока не разыщу Люси.
И я снова рванулась с места, крепко сжимая руль. Перед моими глазами стояло лицо бывшей подруги.
«Я найду тебя, я найду тебя, я найду тебя», — крутилось у меня в голове.
Я объехала дома всех наших друзей, но без толку.
Потом снова вернулась к своему дому. Однако он оставался таким же темным. Заглянула в кафе «Альма», где мы иногда торчали, но и там не нашла ее. С каждой новой неудачей во мне росло холодное спокойствие, злость и стремление непременно отыскать Люси.
И когда я все-таки нашла ее, то как раз достигла нужного состояния. Она сидела в пиццерии Пета, где всегда толкались ребята из нашей школы. Я заметила ее сквозь стеклянные двери.
На меня будто бы нашел столбняк. Я стояла и смотрела, как мое тело сидит вместе с двумя другими девчонками, весело болтает и смеется, как будто ничего ужасного не произошло.
В ее соседках я узнала Марджи Бенделл и Ханну Френке. Все трое шутливо тянулись за последним кусочком пиццы. Люси сорвала сырную корку и кинула ее в Марджи.
Все это не укладывалось у меня в голове. Я глядела на свое тело во все глаза и не могла оторваться.
Люси смеялась! Ей было весело!
Она словно и не думала о том кошмаре, в который погрузила меня.
Ярость так распирала меня, что я вполне могла взорваться. Распахнув дверь забегаловки, я пулей влетела туда.
Я чуть было не сшибла с ног официантку, и та сказала с иронией:
— Прошу прощения!
Но я не обратила внимания — мои глаза были прикованы к Люси, весело смеявшейся с набитым ртом.
За одним из столиков сидели знакомые ребята. Они окликнули меня, но я не обратила внимания.
А, привет, Николь! — сказала Марджи, обернувшись ко мне.
«Откуда она знает, что Николь — это я? — пронеслось у меня в голове. — Неужели Люси им все рассказала?»
Значит, она даже не сдержала обещания помалкивать о нашем обмене? Но почему? Зачем ей это нужно?
Ведь Люси убийца. Так почему же она посвятила этих двоих в нашу тайну?
Что случилось, Николь? — спросила Ханна, улыбнувшись мне. Но едва она заметила мое искаженное яростью лицо, улыбка растаяла.
Тебе плохо?
Да, очень плохо, — ответила я. — Мне нужно поговорить с Люси.
Но ее здесь нет, — сказала Марджи.
Я обвернулась туда, где только что сидела Люси.
Она исчезла.
Глава 11
Куда… куда она подевалась? — выдавила я.
Ханна рассеянно обернула соломинку салфеткой, потом переглянулась с подругой и поглядела на меня.
Люси? Но ее здесь не было.
Я же ее видела!
Присядь, Николь, — Марджи указала на стул. — Что с тобой?
Люси была здесь, — повторила я. — Вы сидели втроем… и делили последний кусок.
Я посмотрела на опустевшее блюдо.
Нет, — возразила Марджи негромко. — Мы были вдвоем с Ханной.
Вы дали ей уйти! — поняла я.
Николь, пожалуйста, сядь, — спокойно произнесла Марджи.
Я поняла, что они сговорились. Люси сказала им про наш обмен, и теперь эти двое ее выгораживают, помогая ей скрыться.
А ведь они тоже были моими подругами.
Я крепко обхватила себя руками, стараясь успокоиться.
Вы же точно разговаривали с Люси! Иначе откуда вам знать, что я Николь?
Они очень удивились, а у Ханны даже отвисла челюсть.