Это была обычная шутка. Местные самогонщики, такие, как Блэкуэллы, Стамперы или Уортманы, вечно подтрунивали над чужим виски. Один из "понятых" мистера Бэйлора стоял на крыльце. Так вот, он возьми и скажи, мол, конечно, худшее виски у Арли Стампера. Ведь он продает под видом чистейшего бурбона ослиную мочу.

Арли в это время как раз возвращался из сортира. Поднимаясь по ступенькам, он ухмыльнулся и, подойдя ближе к зубоскалу, как врежет ему правой в челюсть. Придержав левой за плечо, врезал еще раз и сбросил с крыльца.

Потом мутным взором посмотрел на распластавшееся внизу тело и спросил у Джейка Ройса:

– Мистер Ройс, кому это я вмазал по рыльнику?

Бад Блэкуэлл сделал большой глоток. Держа банку прямо перед собой, он задумчиво уставился в темноту. Наконец, помотав головой, произнес:

– Кстати, об ослиной моче. Хотелось бы знать, который из мулов нашего Билла постарался?

Он не смотрел на Билла, стоявшего на крыльце. Но он знал: тот его отлично слышит. Бад отпил еще глоток и неторопливо облизнул губы. Будто он дегустатор, оценивающий послевкусие.

– Либо это ослиная моча, либо бурбон покойного Джона Мартина, – гаркнул Бад. – Ставлю десять долларов.

Кое-кто посмотрел в его сторону. Многие сообразили, куда клонит Бад. Потом все перевели взгляд на Билла.

Во дворе воцарилась мертвая тишина.

Затем все придвинулись поближе. Вот-вот начнется представление.

Билл спустился с крыльца и подошел к Баду Блэкуэллу. Бад вручил ему банку.

Все молча наблюдали, как Билл поднес ее к губам и сделал большой глоток. Интересно, сколько виски он уже успел к себе в брюхо закачать? Никто не знал, какими возможностями он обладает, но никто никогда не видел его буйным либо болтливым. Даже и пьяный он был себе на уме. "Вот сукин сын! – сказал как-то Бад Блэкуэлл. – Может окосеть, способен раз пять за вечер свалиться с крыльца и ни разу даже не матюгнется. Ойкнет, и все!"

А вдруг сейчас будет по-другому и у Билла сдадут тормоза? В доме тоже стало тихо. Все услышали: Бад вздумал глумиться над Биллом.

Мистер Бэйлор, соседи в годах, в том числе и отец Бада, вышли на крыльцо. Блэкуэлл-старший покручивал усы, посмеивался и покачивал головой, словно все шутка, не всерьез. Однако было заметно, что на самом деле он опасается, как бы его Бад не схлопотал под зад коленом.

Бад снова взял у Билла банку, поднес к коптилке, чтобы всем все было видно.

– Говоришь, твоя продукция, а?

Билл проявил терпение. Он догадывался, что будет дальше.

– Кому и знать, как не мне! – спокойно ответил Билл. Задрав голову, Бад сделал вид, будто изучает остатки бурбона янтарного цвета на донышке банки.

– Слышь, Билл, а к ветеринару ты своего мула водил? На крыльце послышался смех. Блэкуэлл-старший расхохотался было в голос, но сразу прикусил язык.

Билл хранил молчание.

– Ага! Вижу какие-то крошки, – продолжал Бад. – Вроде бы это жучки. Что там, Билл, жучки-паучки?

Причин заводиться у Билла не было, но и молча сносить издевки Бада было неразумно.

– Значит, по-твоему, – протянул он, – в бочонок либо мой мул нассал, либо мой папаша. – Билл говорил, не повышая голоса, но Бад насторожился. А Билл продолжал: – Ты либо напрашиваешься и хочешь схлопотать по башке, либо стараешься меня разозлить, втянуть в спор. Допустим, я скажу, что мой отец гнал лучшее виски в восточном Кентукки. Тогда ты возразишь и скажешь: коли правда, докажи. А я отвечу, мол, как же я докажу, если он давным-давно в могиле.

– Вот, уже ближе! – ухмыльнулся Бад Блэкуэлл. – А я тогда скажу... Лучше ты продолжай, у тебя здорово получается... Что же я скажу?

– Ты скажешь, дескать, хватит молоть языками, давайте бурбон пить!

– Черта с два!

– Ну, тогда ты скажешь, что я налакался и у меня словесный понос... Думаю, папаша, будь он жив, уложил бы меня сейчас спать!

Все зашумели.

– Урой его, Билл! – подначивал Джейк Ройс. – Не отступай!

Мистер Блэкуэлл покосился на помощника шерифа.

Все ждали, какую еще залепуху отмочит Бад Блэкуэлл, но тот сжал зубы и, казалось, не собирался больше задираться.

В общем, он так ничего и не сказал.

Но зато появился Эрон. Он локтями прокладывал себе путь безо всяких там "извините".

Все смотрели на него.

Чего ему надо? Зачем он тут?

– Кто-то едет на машине, – сказал Эрон, подойдя к Биллу.

Фрэнк Лонг наметанным глазом окинул место действия и все понял. Миновав лощину, он сразу увидел из машины и дом, и мужчин, "гудящих" на крыльце при тусклом свете коптилки.