— Беременна, так, что ли? — уточнила Мора.

Элис молча кивнула.

— Куклы помогли, верно?

Девушка подвела Мору поближе к стене, приложила губы к ее уху и прошептала:

— Не знаю. Тут разве поймешь? Хьюго уверяет, что сам захотел переспать с ней, но прежде такого с ними не было, до того, как я совершила заклятие. И еще… — Она осеклась, но взяла себя в руки и продолжила: — Они делают это как-то противоестественно.

— Противоестественно? — Мора резко рассмеялась. — С чего ты взяла, детка? На что намекаешь? Он влезает на нее, как кобель на сучку? Бьет ее? Трубит в охотничий рог, когда кончает?

— Да нет, не это, — отмахнулась Элис. — Все остальное. Например, привязывает ее к себе жгутом из ее разорванной рубашки и спаривается. Это неспроста, верно? Я ведь тоже стянула фигурки ленточкой.

— Может быть. — Старуха равнодушно пожала плечами. — А может, ему самому так нравится. Пойдем в замок, детка, я замерзла.

Кивнув стражнику, Элис взяла Мору за руку, подхватила ее небольшую котомку и повела по внешнему двору, по подъемному мосту, перекинутому через ров, окутанный густым туманом, по промокшему парку во внутреннем дворе. Оказавшись в замке, они, не останавливаясь, пересекли большой зал, хотя Мора упиралась и оглядывалась по сторонам.

— Объясни хоть, что за люди здесь живут, — настаивала она. — Это зал лорда Хью? Я уже была здесь, когда выступала свидетельницей в деле о краже, в которой обвинялся Фармер Рули. Его светлость сидел за столом в большом резном кресле.

— Раз в три месяца он устраивает здесь заседание суда, — сдержанно сообщила Элис. — А еще он здесь обедает и ужинает.

Она втащила Мору вверх по ступенькам на помост и отдернула на стене декоративную гардину.

— Через эту дверь мы сюда заходим, — пояснила она. — А если являемся рано, в этом коридоре ждем лордов и миледи. Иногда они здесь тоже стоят и беседуют. — Элис кивнула на один из дверных проемов. — Эта дверь ведет в круглую башню лорда Хью, там его покои, помещение для стражи и комната молодого лорда.

Мора внимательно оглядывала коридор. Девушка потянула ее налево.

— А это лестница в дамскую галерею, расположенную прямо над большим залом. Там дамы проводят все свое время. В круглую башню им запрещено заходить, разве что по приказу одного из лордов.

Следуя за Элис вверх по ступеням, Мора изучала гобелены, висящие по обеим сторонам.

— У меня теперь новая комната, ты поселишься со мной, — продолжала Элис. — Но все равно придется торчать в дамской галерее. Леди Кэтрин спит справа, остальные — в комнате напротив, а у нас с тобой будет комнатка рядом. Раньше там хранили старую мебель и всякий хлам. Я попросила свой уголок, где можно будет готовить травяные настои и другие лекарства. Я бы предпочла, чтобы нас поместили в круглой башне со старым лордом. Но леди Кэтрин глаз с меня не спускает.

Поднимаясь по лестнице, Мора совсем запыхалась.

— Из-за молодого лорда? — тяжело дыша, уточнила она.

— Миледи очень ревновала, — вдруг разволновавшись, призналась Элис. — Устроила для меня испытание — Божий суд. Она пыталась избавиться от меня, Мора. Хьюго проболтался, что любит меня. А прошлой ночью мы с ним были вдвоем, и он пообещал… он пообещал… — Элис огорченно замолчала, ее лицо застыло. — Но теперь это не имеет значения. Неважно, что он обещал, неважно, какие мы строили планы. Я мечтала стать его женой и хозяйкой замка. Но из этого, судя по всему, ничего не выйдет. У миледи будет ребенок. Ее положение теперь упрочилось.

Мора кивнула. Элис провела ее в дамскую галерею и в правом углу открыла дверь.

— Покои леди Кэтрин напротив. — Девушка махнула рукой в ту сторону. — Они выходят на внутренний двор замка, там теплей. Остальные дамы ночуют рядом, в соседней комнате, их окна, и наши тоже, смотрят на реку.

Переступив порог, старуха огляделась.

— Кровать, — удовлетворенно отметила она. — Никогда не спала на кровати.

— Кровать на двоих, — пояснила Элис. — Мы будем спать вместе.

— И хороший камин, да еще и шкаф, есть куда вещи положить, — радовалась Мора, мгновенно оценив достоинства комнаты. — Зеркало и буфет. Послушай, Элис, а здесь зимой удобней, чем в моей хибаре.

— И опасней, — предостерегающе произнесла Элис. — Божий суд — это тебе не шуточки.

Подняв на нее глаза, сверкающие каким-то неприятным блеском, Мора заявила:

— Да, неплохо научилась ты врать, вон куда пробилась.

— И немало за это заплатила, — очень тихо отозвалась Элис.

В ее памяти все еще хранилась неповрежденная освященная облатка, которую она сжевала, проглотила, а потом изрыгнула в печь целехонькой, без единого пятнышка.

— Милость Божья на меня не распространяется, — добавила она. — С тех пор, как я отдала приказания восковым куклам.

— А что еще остается делать? — оживленно подхватила Мора. — Если один сеньор не желает тебя защищать, надо поискать другого. Как иначе ты могла выжить? Если на тебя не распространяется милость твоего Бога, хочешь не хочешь приходится прибегать к колдовству. Это как в метель выходить из дому в одной рубашке. Нужно же хоть чем-нибудь прикрыть голое тело.

— Хьюго обещал мне свою защиту, — сказала Элис. — Прошлой ночью он клялся мне в любви, говорил, что бросит Кэтрин и, если понадобится, даже замок, лишь бы быть со мной. Все как нагадали твои кости, Мора, все так, как мне приснилось. Он уверял, что ради меня прогонит Кэтрин. А я пообещала, что брошу колдовство, потому что мы и без магии будем в безопасности.