Услышав предложение, Занна удивленно разинула рот.

Бордон протянул руку и нежно потрепал ее по плечу.

— Все в порядке, — сказал он. — Можешь пока не отвечать. Просто подумай об этом.

Выдавив слабый кивок, Занна вернулась к недоеденному пайку, пытаясь побороть творящуюся в голове сумятицу.

— Пойду, подготовлю корабль к взлету, — сказала Иртанна. Она пошла в рубку.

Бордон что–то согласно пробурчал и снова обратился к Занне:

— Я схожу наверх, помогу Иртанне. Ты побудь пока тут и покушай, ладно?

Занна снова кивнула. Бордон говорил с ней по–особенному: голос его утешал. Он позволял ей чувствовать себя в безопасности и ощущать свою важность. Она проследила за тем, как тот исчез в дверях, отделяющих трюм от кокпита.

— Кричи, если что понадобится, — донесся до нее голос Бордона.

Когда минутой позже взревели двигатели, и челнок взмыл в воздух, Занна едва обратила на это внимание. Ее обуревали противоречивые чувства. Где–то на поверхности сознания звучал безмолвный крик, твердящий о том, что она не может сидеть сложа руки — нужно что–то сделать, и быстро! Нельзя позволить им отвезти ее на флот. Там слишком много народу. Слишком много джедаев. Кто–нибудь из них непременно раскроет ее и начнет задавать вопросы. Они выяснят правду о Дарте Бейне, и все, что он обещал — все знания и сила темной стороны — будет потеряно.

В глубине души она желала полететь на флот. Бейн предупреждал, что учеба под его началом будет долгим и непростым испытанием. Она устала бороться. Да и Бейн ее бросил. А Бордон предложил ей жить в его доме; предложил стать частью его семьи. Что плохого в том, чтобы просто принять предложение? Бейн сказал, что она — наследник древних ситов, но этого ли она хочет на самом деле?

Так и не найдя ответа, Занна услышала шум и подняла голову. Венд, младший сын Бордона, спускался из кокпита. Видимо, решил поговорить. На вид мальчику было тринадцать — всего на пару лет старше ее.

— Папа говорит, что у тебя нет семьи, — сказал он вместо приветствия.

Занна не знала что ответить, и просто кивнула.

— Они на войне погибли? — спросил Венд. — Ситы убили?

Девочка пожала плечами, не желая вдаваться в подробности, которые могли выдать ее с головой.

— Моя мать была солдатом, — сказал Венд. — Очень храбрая. Она пошла воевать с ситами, когда те прилетели на Руусан.

— Что с ней стало? — Занна задала вопрос лишь потому, что его ждали, и было бы странно не спросить. Не хотелось привлекать ненужное внимание к собственной персоне.

— Она погибла в Четвертой битве при Руусане. Ситы убили. Папа говорит…

— Венд! — донесся из кокпита голос Бордона. — А ну живо наверх. Дай Рейн немного тишины и покоя.

Мальчик робко улыбнулся, развернулся и вновь оставил Занну наедине с ее мыслями. Во многом благодаря его словам, она приняла решение.

Бордон предложил взять ее к себе. Предложил стать частью семьи. Он соблазнял ее простой, но счастливой жизнью. Но его слова — пустые обещания. Покой — это ложь.

Какой прок от семьи и друзей, если у тебя не хватит сил, чтобы их защитить? Бордон потерял жену, а Тэлло и Венд — мать. Когда явились ситы, они оказались беспомощны и не сумели сберечь любимого человека.

Занна знала, каково быть беспомощной. Она знала, каково обладать чем–то, что ценишь больше всего на свете, и потерять это. И она поклялась никогда больше не допускать подобного.

Бордон и его семья — жертвы. Рабы, скованные цепями собственной слабости. Занна не желала и дальше быть жертвой. Бейн обещал обучить ее секретам темной стороны. Он покажет ей, как раскрыть внутреннюю силу и освободить себя от мирских оков.

Через власть я познаю победу. Через победу мои оковы рвутся!

Осознание того, кто она — принятие своей судьбы — побудило Занну к действию. Она попробовала призвать на помощь Силу, но, измотанная недавним походом, не сумела собраться. Не теряя надежды, Занна принялась обшаривать грузовые контейнеры, надеясь найти что–то, что помешает экипажу челнока отвезти ее на флот.

Она нашла то, что искала, как раз тогда, когда в трюм ворвался Тэлло.

— Папа просил меня поглядеть, нужно ли тебе… Эй! Ты чего это делаешь?

Занна обхватила пальцами рукоять бластера за долю секунды до того, как Тэлло набросился на нее и повалил на пол.

— Мерзкая маленькая воровка! — сплюнул паренек, пытаясь прижать Занну к полу и выбить из руки пистолет.

Тэлло весил килограмм на тринадцать больше Занны, но та отбивалась с таким животным отчаянием, что ему никак не удавалось ее ухватить. Они катались по полу, молотя друг друга руками.

Услышав звуки борьбы, в трюм вломился Бордон.

— Какого хрена тут творится?! — рявкнул он.

И в этот момент бластер выстрелил. Сложно было сказать, чей палец надавил на курок; и Тэлло и Занна, оба сжимали пистолет двумя руками в попытке выхватить оружие. Но, то ли по невезению, то ли по велению судьбы, когда луч вырвался из бластера, ствол его смотрел на Тэлло. Выстрел оставил после себя зияющую рану в центре его груди. Парень умер мгновенно.